Хиль де Брук - Новый шериф стр 12.

Он хотел поступить правильно. С этой девочкой, с Брайаном. С тем, какие карты ему выдала судьба. Но всякий раз что-то снова шло не так, все старания летели к черту, а результат приводил к тому же, к чему и всегда. Четыре года с начала смертельной пандемии. Четыре года на колесах в компании с отвязным парнем, годившимся ему в сыновья. Жизнь в дороге не шла ни в какое сравнение с серыми буднями владельца оружейного магазина. Вдовец, потерявший вкус к жизни, остался там, в прошлом. Не он планировал ограбления и не он сбывал краденое, рискуя словить пулю или подставиться под челюсти зомби. И все же, все же этот, нынешний Уэйн Маклейн никогда бы не сунулся в хранилище Колби по своей воле.

 Нужно было взять ее с собой. Или запереть. Почему я не подумал об этом сразу? Это ведь так очевидно, что ей не сиделось на месте. Что за глупая девчонка.

 Вот уж точно Мэйдей. Теперь ясно, почему ее так прозвали,  хмыкнул Брайан.

Они оставили седан за зданием пустующей школы и осторожно продвигались вдоль Уэст-Буффало-стрит по направлению к обозначенному на карте хранилищу. Мотель, где они расположились, находился на юго-западе города. Чтобы добраться до центра, потребовалось не больше двадцати минут. Мэйдей могла взять машину со стоянки. Она смышленая девчонка, Маклейн сам учил ее вскрывать запертые автомобили и заводить двигатель без ключа. Этому и многому другому, без чего сложно выжить в мире, переполненном ходячими мертвецами. Но на стоянке мужчина видел и велосипед на тросовом замке. Если она продумывала это с самого начала, то должна была тоже его заметить. При наличии хороших кусачек, угнать егодело пары минут. Подбираясь все ближе к двухэтажному зданию, мужчина корил себя за то, что не обратил внимание на стоянку, когда они садились в "Линкольн". И на месте ли кусачки, тоже не проверил. В любом случае это мало что изменило бы. Либо они доберутся до места раньше Мэйдей и сделают все вместе. Либо придут позже, и тогда помоги ей Господь.

 Вон, смотри,  шепнул Брайан, хлопнув его по плечу.

Маклейн поднял голову, глядя туда, куда указывал парень. Впереди мрак рассеивался. Свет исходил от фонарных столбов, рассредоточенных вдоль дороги, пересекавшей Уэст-Буффало-стрит. Названия улиц здесь носили индейские корни и были похожи друг на друга. Маклейн заполнил лишь необходимое: направления, количество и расположение зданий и то, как лучше подобраться к цели, обведенной красным на карте. Все, что было нужно. Дальше, судя по наличию освещения, начинались цеха, о которых рассказывал Даг. Там для Колби производили наркоту, а он в обмен на нее получал все, что хотел.

Издали доносились мужские голоса. Маклейн готов был поклясться, что слышал лай. Последняя псина, какую он видел, была наполовину облезлой, с вытекшим глазом и языком, свисавшим склизким черным куском мяса из пасти. Она пыталась его загрызть, пока Брайан не выпустил в нее пол обоймы, ругаясь и плача. Парень любил собакв прошлом. Выжившие не рисковали держать при себе крупных животных, особенно тех, кто может цапнуть зубами. Люди Колби не боялись. Мужчина попытался представить себе, каково этобыть кем-то вроде него или Чисхолма. Кем-то на вершине мира, пусть даже такого маленького как Холбрук. Иметь в подчинении людей, готовых за тебя выполнять грязную работу и убивать. А что было у него? Безупречный "Линкольн" да пара непослушных подростков, пусть даже Брайан был старше, он все равно временами вел себя как придурок. Маклейну за пятьдесят, а он толком так ничего и не добился. Так чем же он хуже? Почему все, что он делал, не принесло ничего, кроме сожалений и страха за жизнь, свою и попутчиков?

 Псс,  Брайан тронул его, кивнул в сторону маячившего перед ними здания.  Вроде ушли. Идем.

 Да.

По очереди они отлепились от стены одного дома, за которым прислушивались к сторонним звукам, и пригнувшись перебежали к хранилищу. Одна его часть была освещена, фонарные столбы на противоположной стороне улицы одновременно просвечивали пространство перед ним и территорией, на которой за стеной колючей проволоки расхаживала охрана с собаками. Маклейн тряхнул головой. Он был несобран, витал в облаках вместо того, чтобы направить все внимание на решение главной проблемы.

Перед ними вырастало хранилище. Два этажа бывшего банка, музея, а ныне собственности Питера Колби. Подход к центральной части здания и непосредственно входу, снабженному кодовым замком и двери, ключ от которой хранился у самого Колби, исключался. Он слишком хорошо был подсвечен, чтобы два придурка оказались на виду сразу же, как только попытаются его вскрыть. Об этом Даг не сказал. Поиски Билли Кейпа с самого начала были бесполезны, разве что его бы заставили лезть в трубу вместо Брайана.

Отыскать нужное им вентиляционное отверстие не составило труда. Девчонка выставила решетку и бросила ее рядом. Веревка, привязанная к железной ограде в паре ярдов от стены, исчезала в глубине лаза. Сердце бухнуло в пятки. Они опоздали. Брайан упал на бетон и попытался разглядеть что-нибудь через квадратное отверстие.

 Мэйдей?  позвал он шепотом, прислушался и, не дождавшись ответа, повторил.  Мэйдей? Мэйдей!

Как призыв о помощи. Сигнал бедствия терпящих крушение. Кто придумал дать девчонке такое нелепое прозвище?

 Она там. Я что-то слышу. Мэйдей! Мэйдей, мы здесь! Ответь.

Маклейн опустился на колени, склонился над распластанным парнем и подвинул его в сторону. Прислушался.

 Она там, внутри. Надо что-то делать. Надо вытащить ее.

Мужчина приложил палец к губам, призывая помолчать. Если она там, в тесном пространстве хранилища в компании супер-зомби Фрифолка, то лучше не отвлекать ее криками. Да, он слышал. Зловещий полухрип-полурык, звук, на который были способны только мертвые, жаждущие урвать сочный кусок человечины. Звук был приглушен и исходил оттуда. Из подвала. Потом они четко расслышали два хлопка. Выстрелы.

 Умница. Взяла глушитель.

Только уловив изумленный взгляд Брайана, Маклейн понял, что сказал это вслух.

 Мы опоздали. Сейчас все зависит только от нее. Мы можем только ждать и не отвлекать ее, ясно?

Он видел это. Видел во взгляде парня его недовольство и возмущение, но они оба понимали, что Маклейн прав. Им оставалось только ждать. Еще два хлопка, смазанных глушителем и вентиляцией. Испуганный вскрик и резкий звук, больше похожий на то, как что-то тяжелое стучит по тонкому листу металла. Потом шуршание одежды и стук подошв по полу лаза. Мэйдей возвращалась. Она справилась.

Не сговариваясь, они дернулись к квадратному зеву, уставились внутрь, считая про себя удары сердца.

 Мелкая! Мы здесь!  Брайан шептал, но его шепот был переполнен волнением.

Сперва из темноты показалось что-то темное и плотное с проблеском металлических застежек. Не с первой секунды до них дошло, что они видят. Это был джинсовый рюкзак Мэйдей, она взяла его, чтобы сложить добычу, и чудом не прогадала с размером. Рюкзак так плотно сидел на ящике, что казался квадратным. Девчонка толкала его днищем вперед, карабкаясь по проходу следом. Маклейн ухватился за лямку, как только расстояние сократилось до вытянутой руки, и осторожно потянул на себя. Брайан ухватился с другой стороны, как только рюкзак показался из прохода. Там могло быть что-то взрывоопасное, что-то ядовитое. Что угодно. Нужно было обращаться с ящиком аккуратней, пока они не знают что внутри. И Маклейн отставил рюкзак в сторону, где ни он, ни Брайан не могли его случайно повредить.

 Брайан!  донеслось изнутри.  Маклейн?

В освободившемся проходе они увидели сперва макушку Мэйдей, а потом и ее испуганные глаза, огромные, как у пойманной кошки.

 Дура,  пришикнул на нее парень, просунув ладонь в лаз.  Руку давай и сматываем отсюда.

 Простите меня, простите, я такая ду-у-ура,  девчонка шумно всхлипнула и мотнула головой, стараясь не разреветься.  Я думала, все получится. Чего там, зомби А они,  снова всхлип.  Они такие быстрые, такие злые. Я убила двоих.

 Умница,  Маклейн попытался ее приободрить, заглядывая через протянутое плечо парня внутрь лаза.  Ты справилась. Все получилось. А теперь вылезай. О подвиге расскажешь после.

 Давай, ну,  поторопил ее Брайан.

Мэйдей трясло. Она пыталась отдышаться, лежа в проходе на согнутых локтях, и не переставала кривить лицо так, словно вот-вот расплачется. С громкими всхлипами, соплями из носа и красным лицом, как это бывало у восприимчивых девушек. Когда умерла ее тетя Эйп, точнее когда Маклейн ее упокоил, девочка всю дорогу до следующей остановки ехала молча. Она ни разу не заплакала, только красные глаза и опухшие веки говорили о том, что Мэйдей плакала по ночам. Сейчас она была напугана больше, чем когда-либо за все время, проведенное с ними.