Его заявление повергло обоих стариков в шок, потом Тотхилл все же осмелился спросить:
Какую часть поместья?
Все, включая дом.
И управляющий, и адвокат обрушили на него град протестов: приорат Эверсбиисторическое наследие, добытое трудами и жертвами его предков Девон не сможет занять сколько-нибудь достойное положение в обществе, если не сохранит хотя бы часть поместья Он ведь не желает обречь потомков на позор, завещав им титул без земли
Девон жестом заставил обоих замолчать и бесстрастно сказал:
Попытка сохранить приорат Эверсби потребует таких усилий, каких не стоит. Ни один здравомыслящий человек не станет с этим спорить. Что же касается моих потомков, то их не будет, поскольку я не намерен жениться.
Управляющий поместьем с мольбой посмотрел на Уэстона.
Мистер Рейвенел, неужели и вы поддерживаете брата в этом безрассудстве?
Уэстон вытянул руки ладонями вверх, словно держал чаши весов, и сравнил невидимые грузы.
На одной чаше ответственность, которую придется нести всю жизнь, долги и тяжкий труд, на другойсвобода и удовольствия. Неужели нужно делать выбор?
Не дав старикам времени ответить, Девон сказал:
Вопрос решен. Для начала я хочу получить список всех капиталовложений, долгов и договоров, а также полную опись всего имущества в поместье и в лондонском доме, включая картины, гобелены, ковры, мебель, бронзу, мрамор, столовое серебро и содержимое теплиц, конюшен и каретного сарая.
Милорд, желаете ли вы получить оценку всего поголовья? вяло поинтересовался Тотхилл.
Разумеется.
Только не моего коня! вмешался в разговор новый голос, и все четверо повернулись к двери, где, прямая и несгибаемая, как сабля, стояла Кэтлин и с нескрываемым презрением смотрела на Девона. Арабский скакун принадлежит мне.
Все мужчиныкроме Девона, который так и остался сидеть за письменным столом, встали.
Вы когда-нибудь стучитесь, прежде чем войти? полюбопытствовал он. Или всегда появляетесь на пороге внезапно, как черт из табакерки?
Я лишь хочу убедиться, что, подсчитывая свое имущество, вы исключите из списка моего коня.
Леди Тренир, вмешался мистер Фогг, с сожалением должен заметить, что в день свадьбы вы отказались от всех прав на свое имущество.
Кэтлин прищурилась:
Мне полагается вдовья доля наследства и все мое добрачное имущество.
Вдовья доляда, подтвердил Тотхилл. Но не ваше имущество. Уверяю вас, ни один суд в Англии не станет рассматривать замужнюю женщину как самостоятельное юридическое лицо. Конь принадлежал вашему мужу, а теперь это собственность лорда Тренира.
Лицо Кэтлин побелело как мел, потом покраснело.
Лорд Тренир обирает поместье, как шакал обгрызает гниющий труп. Почему конь, которого подарил мне отец, должен достаться ему?
Взбешенный тем, что Кэтлин при всех демонстрирует такое неуважение к нему, Девон встал из-за стола и широкими шагами приблизился к ней. Надо отдать ей должное, она даже не поежилась, хотя он превышал ее габаритами как минимум вдвое и зарычал:
Дьявол вас побери! Я что, во всем этом виноват?
Конечно! Вы готовы ухватиться за любой предлог продать Эверсби, потому что не способны принять вызов.
Про вызов можно говорить, когда есть хотя бы малейший шанс на успех, а эта битва заранее проиграна. Список кредиторов длиннее моей руки, кошельки пусты, а ежегодный доход упал вдвое.
Я вам не верю. Вы хотите продать поместье, чтобы покрыть свои личные долги, которые не имеют никакого отношения к Эверсби.
У Девона прямо руки чесалисьтак хотелось что-нибудь снести, разбить, сломать. Он никогда еще не сталкивался с такой ситуацией, и не было никого, кто мог бы дать ему дельный совет. У него не было добрых родственников аристократов, не было знающих друзей среди пэров. А эта дама только и умела, что обвинять и оскорблять.
У меня не было долгов, пока я не унаследовал эту развалину. Черт возьми, неужели этот идиот, ваш муж, никогда не говорил с вами о делах поместья? Вы что, были в полном неведении о положении дел, когда выходили за него? Впрочем, неважно: кто-то должен посмотреть правде в глаза, и, похоже, этим несчастным стану я.
Девон вернулся к столу и бросил, не оглядываясь:
Уходите, мадам, ваше присутствие здесь нежелательно.
Кэтлин в ответ презрительно заявила:
Приорат Эверсби простоял четыреста лет, пережил революции и войны, и вот оказалось достаточно всего лишь одного корыстолюбивого бездельника, чтобы превратить его в руины.
Как будто в сложившейся ситуации виноват он! Пропади все пропадом!
Девон усилием воли подавил гнев, потом с нарочитой небрежностью вытянул ноги и, покосившись на брата, бесстрастно спросил:
Уэстон, это точно, что кузен Тео погиб в результате падения с лошади? Сдается мне, куда более вероятно, что он насмерть замерз в супружеской постели.
Уэстон расхохотался: никакие принципы не мешали ему получить удовольствие от злой шутки. Тотхилл и Фогг сидели, не поднимая глаз. И только когда Кэтлин шагнула за порог, громко хлопнув дверью, Уэстон заметил, изобразив возмущение:
Брат, это было ниже твоего достоинства.
Ничуть! возразил Девон с каменным лицом. И ты прекрасно это знаешь.
Долго еще после ухода Тотхилла и Фогга Девон сидел за столом, погруженный в невеселые мысли, листал бухгалтерскую книгу, но не мог ни во что вникнуть. Он почти не заметил, как Уэстон, с ворчанием зевая, вышел из кабинета. Девону не хватало воздуха, и раздраженно дернув за концы галстука, он сорвал его и распахнул ворот рубашки. Как же ему хотелось оказаться вновь в своем лондонском доме, где все так знакомо, удобно и комфортно! Если бы графом все еще был Тео, а он самтолько дальним родственником, то катался бы сейчас верхом по Гайд-парку, а потом, наверное, сидел бы за ленчем в своем клубе. Позже он мог бы встретиться с друзьями, чтобы посмотреть боксерский поединок или скачки, пойти в театр, посетить одну из любовниц, наконец. Никаких обязанностейничего, о чем надо было бы беспокоиться. Нечего терять.
Словно разделяя его унылое настроение, небо зарокотало. Девон бросил мрачный взгляд за окно. Ветер с моря нагнал грозовые тучи, они повисли над холмами, и небо стало черным, как облачение монаха. Гроза обещала быть страшной.
Милорд! Кто-то робко постучал по дверному косяку, привлекая его внимание. Извините за беспокойство.
Девон встал и, постаравшись придать своему лицу любезное выражение, пригласил:
Входите, леди Хелен.
Девушка с опаской вошла в комнату и, бросив быстрый взгляд в окно, посмотрела на Девона.
Спасибо, милорд. Я пришла попросить разрешения послать лакея на поиски Кэтлин: гроза приближается.
Девон нахмурился.
Где она?
Пошла на ферму по ту сторону холма навестить миссис Лафтон, которая выздоравливает после родильной горячки. Кэтлин понесла ей мясной бульон и вино из черной бузины. Я хотела пойти с ней, но Кэтлин настояла, что пойдет одна: сказала, что ей нужно побыть в одиночестве и подумать. Хелен нервно сплела пальцы. Она должна была уже вернуться, но погода испортилась так быстро, что, боюсь, гроза может застать ее в пути.
Ничто на свете не доставило бы Девону большего удовольствия, чем зрелище насквозь промокшей и забрызганной грязью Кэтлин. Ему пришлось сдерживаться, чтобы злорадно не потирать руки.
Незачем посылать лакея, небрежно бросил он. Уверен, леди Тренир достанет здравого смысла подождать на ферме арендатора, пока дождь не пройдет.
Да, но дорогу размоет.
Вот и хорошо! Кэтлин, хлюпающая по грязи и глине, это же великолепно! Девон не без труда сохранил серьезное выражение лица, тогда как внутри у него вспыхивали фейерверки веселья, и подошел к окну. Дождя еще не было, но черные тучи затянули небо почти целиком.
Подождем немного: она может вернуться в любой момент.
Небосвод прорезали вспышки молний: три сверкающих зазубренных стрелы, сопровождаемые грохотом, похожим на треск бьющегося стекла. Хелен подошла ближе.
Милорд, я знаю, что вы с моей невесткой обменялись мнениями
Выражение «обменялись мнениями» подразумевает цивилизованный спор, остановил ее Девон. Если бы наша, так сказать, «беседа» продлилась чуть дольше, мы порвали бы друг друга на куски.