Снежная Катерина Сергеевна - Предложение стр 2.

Чувствую, как от усердия трещит под мышкой дешевая синтетика плохо скроенного китайцами платья.

– Вообще охренела?!

Непонимающе поворачиваю голову к Руслану. Чересчур ягодицы открылись? Я так сногсшибательно сексапильна?

– Что-то не так?

Вижу, как он уже собрался и встает со стула, обозревая меня с ног до головы своим фирменным строгим взглядом.

– Что за стриптиз, Зеленка?

– Ты же сам просил пыль убрать.

– Но не раскладываться передо мной на бумагах.

– Я?!

И тут он по-идиотки улыбнулся. Настолько пленительно и очаровательно, что у меня челюсть отвисла до самого пола. Я и не знала, что Руслан так умеет улыбаться. Ну почему он гей? Прямо в душу. Так мило! Посчитай няшно.

А я тут с тряпкой в руках, взмыленная от протирания стеллажей с товаром и обалдевшая от внезапной симпатии.

Он протянул руку в мою сторону. Настолько уверенно, что в голове проскакивает кадр из романтического фильма про поцелуи. Ох, там так блаженно в конце целуются. Так вкусно, словно сок от классной жвачки на языке и вообще во всем рту. Герой элементарно не может устоять перед притягательностью героини. Никогда!

– Скажи честно, ты их прижигала зеленкой, пока они не скукожились?

– Что!?

Прослеживаю его взгляд на себе. Из декольте вольно, абсолютно неприлично торчит правая грудь. Вывалилась, от моих тренировочных потуг, нахалка.

– Грация кошки, ловкость картошки! – не удержался от ехидного комментария Руслан.

Я вмиг покраснела. Дернулась прикрыть срам. Рукой сбила бутылку, и та полетела в сторону Руслана. Вижу как он тут же пришел в бешенство. Слава богу, контролируемое.

– Я случайно!

Он отступил назад, наткнулся на ведро, запнулся и со всего маху шваркнулся на пол. А рост у Руслана два метра, да еще раскаченный. В общем, бык.

БАМ!

Пару секунд тишины.

Смотрим друг на друга. И я не выдержала и засмеялась. От души, на все помещение. Ужас. Какая тут нафиг романтика! Но как же приятно посмеяться над этим невозмутимым уродом.

– Ловкость картошки, говоришь?! – вернула ему я, после чего бросила тряпку на стол и по-дружески протянула руку.

– Да что же ты творишь?!! – взревел Руслан и вскочил с такой скоростью, что мог бы позавидовать любой спортсмен. Подлетел к столу, поднимая мокрый кусок ткани с бумаг.

Я ничего не могу с собой поделать, продолжая смеяться. Он так давно меня достает, что я уже просто не могу остановиться.

– Свалилась на мою голову!

Он встряхивает меня за шиворот ненавистного платья, и я ощутила, что дошла до точки кипения. Вот сегодня дошла.

– Хочешь подраться со мной? Я мастер спорта по карате, – признаюсь я, вставая в боевую стойку и сжимая кулаки.

Мне и в самом деле хочется врезать, навалять по самое не хочу, вот от души. Его вечные придирки, перепроверки, вынужденные переделки. Ты это сделала? А это сделала? А вот здесь почему плохо помыла? И будет стоять над душой, пока не наиздевается.

Его рука отпускает меня. И я прыгаю на месте, как герой в фильмах про боксеров. Очень энергично и агрессивно (по крайней мере, мне так кажется). Короче, шок и трепет.

– Ну, давай, давай. Я тебе сейчас наваляю!– заорала я так, что пыль посыпалась с ближайшей коробки.

– Зеленка, ты реально не в себе?

Вижу, что раздумывает.

– Позорно с девчонкой драться?

Замахиваюсь и пытаюсь врезать ему в щеку. Руслан легко отклоняется, глаза приобретают недоброжелательный зловещий взгляд.

– Ну-ка бегом, тряпку в руки и на улицу. Мыть витрину.

– Трус! Поганый трус, – от обиды я готова разреветься, но беру в руки тряпку и топаю через торговый зал на улицу.

Оказавшись на улице, немного продышалась и снова рассмеялась. Потренировалась, называется. Соблазнила. Если у меня так со всеми будет, боюсь не смогу отбиться от поклонников. Как говорит моя мамочка «Ласковый теленок двух маток сосет». Кто придумал эту дурацкую поговорку? По нынешним временам не телята ныне в фаворе. А мне не то, что сосать, даже ласковой не удается побыть. Блин!

Осмотрела витрину, которая на самом деле была всего лишь окном, и только сейчас осознала, что нужна стремянка. У крыльца малина (Борис Ашотович привез из дома), а под ней крапива, и дотянуться до вывески и стекла без лестницы никак. Поэтому я еще минут пять поглазела на препятствие, обдумывая, что можно будет в последующем отомстить Руслану.

***

Стремянка у нас тяжелая. Мы ее храним в небольшом чулане, таком почти шкафу, внутри которого прячется сейф. А еще там стоят швабры и иногда коробки с товаром, которые не влезли на стеллажи. Прошла мимо Ашот Борисовича, завернула в подсобку, вижу Руслан снова погрузился в бумаги. Достала оттуда стремянку. Не сказать, что я сильная. Но большую деревянную стремянку тащить тяжело. Поэтому, когда ею, чуть не навернула по голове Руслана, тот окатил меня таким недовольным взглядом, словно собирался испепелить на месте, но все же промолчал, вместо этого оценивая, смогу ли не перебив витрин пройти магазин и вынести тяжесть на улице. Подумав еще немного, он спросил:

– Тебе помочь?

Ну, конечно мне помочь!

– Нет, справлюсь.

Я не то что бы была не против, но посчитала, что Руслан обычно больше предпочитающий роль надзирателя (спасибо, без кнута) скорее предлагает это для вида, чем на самом деле. Но нет, он подорвался, и оглядывая, как дрожат мои руки, перехватил уверенной рукой оплот чистоты.

– Зеленка, не умничай, бери тряпку с ведром.

Я взяла. А что прикажете делать, когда тебе помогают, не рассчитывая на благодарность. Он вообще парень молчаливый, и открывает рот лишь тогда, когда желает унизить меня или приказать. Нет, он конечно, разговаривает с покупателями и с боссом, и даже Софьей Ивановной, все таким низким с завораживающими перекатами голосом, словно уже засунул в рот, нечто невообразимо вкусное и осталось только зажмуриться и замурчать лакомкой. Вместо этого, он прищуривает глаза и смотрит на жертву с улыбкой словно приглашает присоединится к этому самому неприлично приятному, гм… в общем вкусняшке. И ничего, что при этом держит в руках наручники или того хуже плеть, или эти штуки. Ну, вы поняли для черного входа. Одним словом, няшка ванильная с перспективой стать развратным обжорой. Да! Так о чем это я? Ах, да, протереть витрину и вывеску.

Тяжело вздохнув, топаю на улицу, накинув куртку, внутренне готовясь к хлесткому ветру, который сказать в апреле в Сибири не то, что на курорте. И правда, на улице еще снег, и хотя уже днем печет так, что черные проталины то тут ту там вот уже станут весенними ручейками, но все же не жара. Пока я размышляла о прелестях весны, тот поставил стремянку и выразительно посмотрел на меня.

– Ты так и будешь смотреть, или все-таки протрешь?

И тут до меня дошло, что не просто так он подорвался в помощники. Чтобы Руслан помог просто так, вряд ли.

– Спасибо, можешь идти, – тяну я, в надежде, что он уйдет и не будет заглядывать мне под юбку. Ну, вот зачем ему это? У меня же эти, ну принадлежности не те. Только что на мой зад смотреть, так он далеко не пышный. Совсем плоский. И тут до меня дошло, ну да не пышный, но ведь у парней тоже. Смотрю с возмущением на Руслана.

– Я подержу, а то еще навернешься на наледи.

Сама забота. Ладно, деваться некуда. Залезаю на стремянку, и балансируя, в одной руке с тряпкой и ведром, начинаю протирать стекло. Пару минут, я мою, а Руслан фантазирует, в конце концов, почему бы и нет. Я же собиралась потренироваться. Да вот только не спросишь, нравиться ему, то что он видит или нет. Ответ будет однозначным.

– Слушай, а сегодня ты, пыталась, что меня соблазнить?

На пару секунд, я замерла, пытаясь понять, он сейчас будет смеяться от скуки или действительно хочет знать. Даже не знаю, что хуже.

– Ну, – я краснея, перестав возить грязь по стеклу. – Что ты имеешь в виду?

– Что спросил.

– А почему без средства, а? – это Ашот Борисович выскочил на улицу, с мистером мускулом под мышкой, не забывая заглянуть под мою юбку мимоходом. Как будто там чем намазано. – Подай, то ж это не хорошо будет. Давай.

И спустя пару секунд Руслан с легкостью преодолел семь ступеней и оказался на моем уровне, протягивая бутылку.

– А тебе это обязательно знать? А?

– Зеленка, ты же не просто так разложилась на столе.

Вот хоть прыгай и ноги ломай. В конце концов, что я ему должна отчет держать. Между прочим на улице холодно, хотя в данный момент мне жарко. Жарко от вопросов, от мыслей и от факта того, где он находиться и как-то уж совсем близко ко мне. А на улице капель, весна, и вообще, я еще не отошла от ситуации. В конце концов. Я не каждый день предлагаю подраться мачо, весом больше меня килограмм на сорок. Не то чтобы я хотела сильно в нокаут больше в оргазм, но вот конкретно с Русланом терпения у меня никогда не хватает.