Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Федор ответил, что не знал, но слышал о стрельце Мятелеве.
– Али Федьку нашего знавал? – спросила Дарья. – Ведь сгинул он в иноземщине. Сказывали, как ушел он от войска, так и потеряли мы его. Маманя столь убивалась по нему.
Федор больше не стал ждать и пошел прочь от отчего дома. На его глазах были слезы, и он не хотел, чтобы их кто-нибудь видел…
***
Вылузгин сразу побежал к Башмакову с новостями. Тот принял дьяка иноземного приказа сразу.
– Проследил я за кавалером нашим, Дементий Минич! Проследил куда он ходил!
– Чего? – не понял Башмаков. – Не возьму в толк, про что говоришь, Елизар?
– Да про то, что я проследил за гишпанцем твоим, Дементий! Я к нему подьячего приставил, дабы Москву ему показал. Но гишпанец сей того подьячего сразу спровадил.
– Он знает Москву? – удивился Башмаков.
– Не то слово! Он ходил так, словно родился в Москве. Петлял словно заяц. И знаешь, куда он пошел?
– Да не томи, Елизар! Говори дело, раз пришел!
– Вот я и говорю. Во стрелецкую слободу он отправился. И там отыскал дом стремянного стрельца Демьянова. Там живет сам стрелец Ванька Демьянов, десятник государева полка да женка его Дарья.
– Демьянов? Не знаю кто таков. А сколь годов ему?
– Должно тридцать, а то и поменее. Демьяновы стрельцы из рода в род. Еще его дед служил государю великому в стремянном полку. А женка его такоже дочка стремянного стрельца. Мятелев имя ему.
– Что? – Башмаков подскочил со своего стула. – Мятелев! Вона, где глаза этого гишпанца я видел! Вот и привелось встретиться, друг Федя!
– Ты про что, Дементий? – не понял Вылузгин. – Про что говоришь?
– Да ведь знаю я сего иноземца. Хотя изменился он изрядно, Елизар.
– А к чему здесь Мятелевы?
– Это дело государево, Елизар. Потому тебе про сие никому толковать не следует. Это дело я токмо государю великому доложу.
– Нешто я не понимаю, Дементий Минич? Чай не первый год государеву службу несу…
***
Москва, август, 1672 год.
Дом дьяка Тайного приказа Дементия Башмакова.
Слуги Башмакова тайно скрутили иноземного подданного Фредерико Монтехо и доставили ночью в дом большого дьяка.
Федерико был возмущен и когда ему развязали рот, стал проклинать русских по-испански, используя все ругательства, которым научился у капитана Себастиани. А капитан постоянно ругался во время их экспедиции, и у Федора была отличная школа.
– Не стоит господину браниться, – услышал Федор знакомый голос. Он говорил по-русски. – Ведь господин де Монтехо хорошо меня понимает?
– Кто вы такой? – спросил Федор по-испански. – Кто дал вам право хватать подданного короля Испании?
– Али ты позабыл русский язык, Федя? – человек склонился над Федором, и тот узнал Василия Ржева своего товарища по веслу на галере «Меч падишаха».
Монтехо перешел на русский:
– Вася? Дворянин Ржев?
– Я самый. Только зовусь я Дементий Башмаков. Государев дьяк Тайного приказа.
Башмаков приказал всем удалиться, и они остались вдвоем. Он развязал Федора и помог ему сесть на стул.
– Прости, что пришлось тебя так в гости ко мне заманить, Федя. Но иного выбора не имел я. Прости бога для.
– Бог простит, Вася. С чего ты видеть меня возжелал? Али соскучился?
– И это есть, Федя. Ведь сколь мы с тобой не видались? Я как тебя увидал, так личность твоя знакомой мне показалась. А как мне Вылузгин фамилию Мятелев сказал, то понял я, кто есть этот гишпанский кавалер. Мой старый знакомец стрелец Федька Мятелев.
– Я уже не Федька Мятелев, Вася. Я поданный испанской короны дон Федерико де Монтехо.
– Дак слыхал я имя твое новое. Но что будет, ежели государь узнает, кто ты на самом деле? Тогда никакой посол королевуса Карла тебя не спасет. Ибо ты раб великого государя.
– Ты приказал меня сюда притащить, дабы угрожать? Не верю тому, Василий. Тебе что-то нужно?
– Я хочу, чтобы ты рассказал, зачем прибыл сюда? Только не говори про то, что ты в свите своего посла. Можно ли то серьезно воспринимать, что лопотал ваш посол про союз против османов? Ляхи воюют с османами, вот и стали бы им помогать, коли их защита христианства так волнует. Но им нужно иное, и я хочу знать что.
Федор засмеялся в ответ.
– Ты, Вася, не знаешь, что мне довелось пережить за эти годы. А если бы знал, то не пугал бы меня смертью. И что мне сделает твой царь? Я готов умереть на родной земле. Я и прибыл сюда только для этого!
– А разве ты не готов послужить родной земле, Федор? Той земле, которой служили твои дед и отец? Или ты продался Иезуитам за красивую одежду и титулы?
– Я никому не продавался!
– Тогда помоги мне, Федор. Я служу делу великого государя и Руси!
Де Монтехо успокоился. В том, что говорил Ржев был смысл. В конце концов, кого он предавал? Падре Ринальдини? Но кардинал не брал с него слова, что он не станет более служить московскому царю.
– Что ты хочешь знать, Вася?
– Меня зовут Дементий Башмаков, а не Василий Ржев. А нужно мне знать о цели приезда посольства.
Федор ответил:
– Кардинал Ордена организовал все это. Ему нужен свой человек в Москве и потому он послал меня. Я должен найти того, кто станет ушами и глазами Ордена здесь. Затем я вместе с послом Мансерой отправлюсь обратно и доберусь до Варшавы. Там я отстану от посольства.
– Орден не желает нашего усиления в Украине? – спросил Башмаков.
– Да. Орден желает помочь Речи Посполитой. Они уже готовят нового короля, члена Ордена иезуитов.
– И кто же он?
– Великий коронный гетман Ян Собеский. Они с гетманом Украины Дорошенко должны соединить свои силы и снова отобрать всю Украину от Москвы.
Башмаков задумался. Дорошенко был опасен. Это был умный и коварный человек. Он мог добиться успеха. И Ян Собеский также умен и решителен. Это совсем не нынешний король Михаил Вишневецкий.
– И это все?
– Нет, – признался Федор. – Не все. Орден опасается усиления западников при русском дворе. Московия должна оставаться страной азиатской. И потому Орден станет поддерживать всех, кто против ориентации на Европу.
Это Башмакову было известно и так.
– Ты, молодец, Федор. И ты можешь послужить делу великого государя. Мы дадим тебе того человека, которого ищет Орден!
– Что это значит? – спросил Мятелев.
– Ну, ты же приехал для подкупа человека нужного Ордену? Вот и получишь такого человека. Твой кардинал будет доволен.
– Кардинал умен, Дементий. Ты даже не знаешь, как он умен. Это не человек – это сам дьявол. Он может убедить кого угодно и в чем угодно. Его совсем не так просто обмануть.
– А мы не станем его обманывать, Федор. Мы действительно найдем сребролюбивого дьяка в одном из Приказов. Иноземный Приказ подойдет для того лучше всего.
– А ты думаешь, что за мной никто не приглядывает? Наверняка кардинал не доверился мне полностью.
– Потому я и приказал похитить тебя тайно. Никто не знает, что ты здесь. Те люди, что тебя доставили – ничего и никому не скажут. К утру ты вернешься обратно.
– Но мое отсутствие заметили.
– Скажешь, что уходил по делу. А я подберу тебе того человека, которого ты ищешь…
***
Москва, август, 1672 год.
Свой человек в Приказе.
Федерико де Монтехо уверил маркиза де Мансеру, что ему нужно не так много времени для выполнения задания Ордена.
– Я завтра приглашен для участия в царской соколиной охоте, – сказал маркиз. – Так что можете не торопиться, дон Федерико. Какие здесь соколы! Московский царь знает толк в соколиной охоте!
– Я не охотник, маркиз.
– Вот как? Правда? Жаль! Это весьма и весьма увлекательно. Но, впрочем, у вас будет больше времени для решения ваших дел. У вас есть еще, что мне сказать?
– Нет, монсеньор!
–Тогда прошу меня простить, дон Федерико.
Маркиз вернулся осматривать свое охотничье снаряжение. Он не мог ударить в грязь лицом перед этими русскими…
***
Монтехо покинул посла и отправился в свои покои. Там его уже ждал худой человек, низкого роста, с козлиной бородкой. Одет он в потрепанный выцветший кафтан. Его сапоги сбиты и были человеку явно не по ноге. Слуги не хотели пускать его дальше приемной.
– Имею дело до господина де Монтехо, – произнес он на довольно неплохом испанском языке.
– Я и есть дон Федерико де Монтехо.
– Тогда прикажите, ваша милость пропустить меня.
Монтехо сделал знак слугам. Незнакомец вошел в покои испанского кавалера.