— Конор, сосредоточься, — я поймал его взгляд и уже не отпускал, как бы внушая чувство уверенности, которой на самом деле не испытывал. — Где находятся туннели, которые похожи на те, по которым мы шли до того, как это тупое порождение бездны закоротило собой целый пук различных чар и вызвало тем самым активацию этого комплекса, пусть и очень недолгую? — он несколько секунд молчал, глядя на меня перепуганным взглядом, затем нахмурился, прикрыл глаза и нахмурился. Хотелось бы мне понять, что он там видит.
— Можно пойти туда, — он махнул рукой вниз. — Туннели начинаются чуть левее, немного не доходя до центра.
Я посмотрел туда, куда показывал Конор. Перед нами раскинулся тот самый город, в который так стремился попасть Арн Нильс. Точнее, один из многих городов, раскиданных по всей Ойкумене, глубоко под землей. Что за катастрофа заставила все эти города одномоментно уйти под землю? Гадать можно было бы до бесконечности: да что угодно, начиная с проснувшегося вулкана-гиганта, до неправильно произнесенного заклинания, какая сейчас разница, если эти знания не помогут нам пройти. Где-то далеко внизу послышался визг чвыр, заставивший кожу покрыться мурашками, а рука сама собой легла на рукоять меча.
— Мы не выберемся отсюда, — я повернулся к Олии, стоящей на площадке, и смотрящей вниз на город, едва видимый в окружающем нас полумраке. Темные силуэты домов выглядели так, словно мы смотрим на пепелище. Снова раздался визг, который я запомнил на всю жизнь, а вслед за этим браслет в моем кармане задергался, словно сидящие в нем твари услышали призыв сородича. Олия же ступила на дорожку, подошла ко мне и встала рядом. Кровавые разводы на ее лице смотрелись дико, в этом освещение еще больше напоминая ритуальную маску какой-нибудь древней жрицы. — Мы здесь все умрем, — я только зубами скрипнул, но возразить ей было нечего, потому что она только что озвучила наши общие мысли.
Глава 7
— Что это за шум? — соскакиваю с постели, успев прикрыть бедра сдернутой простыней, бесцеремонно скидывая шлюху, совсем недавно пытавшуюся ублажить меня, на пол. За окном раздавались крики, и вспыхнуло зарево разгорающегося неподалеку пожара. Я подошел к окну сбоку и встал таким образом, чтобы меня не было видно с улицы. Давняя привычка, но я ей следовал неукоснительно: из окна может много чего прилететь, а некоторые заклятья очень неприятные, и чрезвычайно плохо снимаются даже опытными и умелыми магами.
Дверь распахнулась и в комнату ворвался Гастингс, который должен был дожидаться меня внизу в салоне. Обычно он себе подобного не позволяет. Значит, произошло что-то действительно чудовищное и неординарное…
— Ваше высочество, это эльфы, на город напали! Нужно немедленно уходить отсюда! — закричал командир моей личной стражи, которых еще называли неудачниками, из-за того, кому именно они служат, указывая обнаженным мечом на огонь за окном.
— О чем таком ты говоришь, капитан? Что значит: «эльфы напали»? Если мне память не изменяет, остроухие ублюдки выиграли всего две битвы, и то, только из-за того, что мой папаша поставил командовать армией этих старых лизоблюдов, которые только и умели, что лизать его королевскую задницу, а вот о том, что такое сражение — они имели довольно смутные представления. С таким командованием, я считаю, что наши войска еще слишком долго продержались, — я отшвырнул ненужную простыню и, совершенно не смущаясь собственной наготы, принялся облачаться в одежды, подбирая каждую деталь с пола, находя некоторые из предметов моего туалета в совершенно неожиданных местах. Да, девчонка попалась на этот раз горячая, жаль только, что я не довел дело до конца. Если капитан прав, то нам скоро станет не до развлечений.
— Я не знаю, ваше высочество, как именно произошло нападение. Все это время я находился здесь, с вами. И я не могу судить о профессионализме командиров армий, проигравших эльфам, по одной простой причине — меня там не было. — Гастингс убрал на время меч в ножны, и подошел к окну. Голос его звучал сухо, но открыто на конфронтацию он не нарывался. — Вот только факт остается фактом, эльфы сумели проникнуть в столицу, потому что возле наружных стен я не видел подступающей армии, а армия обычно не за один час разворачивает осаду, и не заметить ее просто невозможно, но я пропустил это зрелище, да и никто другой не видел эльфов на подходе к столице. Но у длинноухих очень сильные маги, и эти их лорды — могут да фору верховному архимагу…
— Это всего лишь слухи, — я надел перевязь и проверил насколько легко выходит меч из ножен. Хотя не понимаю, зачем вообще его ношу с собой, ведь меня так и не научили как следует владеть мечом. Спасибо папаше, чтоб ему первый же длинноухий лорд башку снес: магией или по-простому — топором, для меня это не принципиально. Но, если это правда, и эльфы действительно умудрились напасть на город, который не был готов к их появлению внутри его стен, мне нужно как можно быстрее бежать и желательно в соседнее королевство, еще пока не захваченное этими ублюдками. Пока не захваченное, потому что, судя по всему, действовать они привыкли изнутри, ведь иначе, чем предательством невозможно объяснить их стремительную атаку. Только вот нашу пламенную ненависть с отцом никто не мог предугадать, и проистекающее из этой ненависти простую истину — он понятия не имеет, где я гуляю, а я перед ним уже давно не отчитываюсь. И эльфийским лордам не удастся уничтожить всю королевскую семью одним ударом. Вот такой сюрприз их будет ждать во дворце — истекающий желчью король, думающий не о своей скорой смерти, а о том, что, вопреки его чаяньям корона все равно достанется мне. Правда, из-за этой проблемы в виде захватившего страну врага я, скорее всего, не сразу сяду на трон, но факт остается фактом. Хотя возможно, именно из-за этого незнания лордами истинной обстановки в королевской семье, Гроумен в итоге станет для захватчиков той самой костью, которая встанет у них поперек горла. А сейчас нужно бежать. Но бежать практически голыми? Вот еще. Не только эльфы знают, как можно попасть куда-то незамеченными. Есть прекрасный потайной ход прямиком во дворец; он идет под землей и краем касается старых туннелей. Туннели… туннели… а не так ли они пробрались за крепостную стену? Не по древним ли туннелям? Хотя, какая сейчас разница? Нужно убираться отсюда, и чем скорее, тем лучше.
— Может быть, это и слухи, но я не рискнул бы их проверять, — Гастингс бросил быстрый взгляд в сторону съежившейся на полу девчонки, пытающейся хоть немного прикрыться платьем, которое, как и вся остальная одежда валялось на полу, сорванная мною в пылу страсти. — Шла бы ты домой, здесь скоро станет небезопасно, — бросил ей капитан, и снова повернулся лицом ко мне.
— У меня нет дома, — прошептала она, даже не пытаясь подняться с пола.
— Тогда спрячься понадежней, и при первой же возможности, беги отсюда, — ответил я равнодушно и направился к двери. Если я начну беспокоиться о судьбе каждой маленькой шлюшки, то вряд ли спасу свою задницу, и тогда эльфы точно победят.
Рванув дверь на себя, я быстро вышел в коридор, Гастингс шел за мной. Нам нужно как-то пройти два квартала, чтобы попасть в нужное мне здание, откуда начинается подземный ход во дворец. Мне нужна казна, или хотя бы то, что от нее осталось, если, конечно, папаша не вбухал все средства в совершенно ненужные кампании, осыпав золотом своих так называемых командиров. А еще, нужно собрать всех, кто еще жив из дворцового гарнизона. Все-таки отрядом пробиваться…
Я резко распахнул глаза, сел, озираясь по сторонам и пытаясь понять в каком мире вообще нахожусь. Рядом со мной зашевелилась Олия, чуть в стороне спал Конор. Мы завалились спать наверху, прямо над дорогой, ведущей к городу, как только раскаленная дверь перестала светиться, а земля плавиться и стекать, собираясь в небольшое озеро расплавленной лавы прямо возле той тропы, по которой мы карабкались вверх.
Протерев лицо, я посмотрел вниз на раскинувшийся под нами город. Внешне ничего не изменилось с того момента, когда я смотрел на него перед тем, как уснуть. Все те же черные тени домов, словно порождение самых страшных кошмаров, мечущиеся силуэты чвыр, их мерзкие, пробирающие до костей визги — Конор сказал, перед тем как упасть с закрытыми глазами, то ли засыпая, то ли впадая в забытье, что мы должны будем задеть лишь самую окраину города, не более двух-трех кварталов, прежде чем выберемся к дороге, ведущей к туннелям. Но сможем ли мы пройти эти два-три квартала и не погибнуть, вот в чем вопрос.