Всего за 329 руб. Купить полную версию
Войцеховский достал пожелтевшую шифрограмму из одной из папок, которые приготовил к приходу Зябликова, и сказал:
Наш резидент сообщил, что встречался с одним из родственников швейцарца Пьера Жильяра, воспитателя царевича Алексея, которого императрица Александра Федоровна вскоре после Февральской революции сделала своим душеприказчиком. Жильяр на своем смертном одре показал ему рисунок, на котором были изображены два перстня в виде свастики, и книгу своих фотографий, которые он сделал в 1918 году в Екатеринбурге, в доме Ипатьева, где была расстреляна царская семья. Жильяр побывал в этом доме вскоре после того, как город заняли белогвардейцы. В комнате, служившей спальней императору, императрице и царевичу Алексею, на левом косяке правого окна он обнаружил левостороннюю свастику, рядом с которой рукою Александры Федоровны была поставлена дата «17/30 апреля 1918 г.», то есть день приезда царской семьи в Ипатьевский дом. Такой же знак, только без числа, был нарисован на обоях стены у кровати, принадлежавшей, видимо, наследнику. Пьер Жильяр сделал снимки этих свастик, которыми, как он знал, увлекались в семье императрицы еще в Дармштадте. Жильяр по этим знакам понял, что императрица попросила его, таким образом, как своего душеприказчика, выполнить ее последнюю волю. Еще до того, как большевики запретили Жильяру сопровождать Романовых в Екатеринбург, она рассказала ему, что в 1905 году, испугавшись революции, она положила в Английский банк с разрешения царя около 500 млн фунтов стерлингов под 3 % годовых. Когда началась война с Германией, эти деньги перевели в один из швейцарских банков в Цюрихе, а проценты, набежавшие за эти годы, передали на военные нужды. Вот откуда сведения о том, что все царские деньги из Английского банка передали русскому военному ведомству. На одном из перстней, переданных Жильяру императрицей, был нанесен адрес банка в Цюрихе и его название. Увидеть эту надпись можно было только под сильной лупой. По договору императрицы с банком царь и она, а также их законные наследники после их смерти могли бы получить эти деньги в том случае, если бы предъявили такой перстень-свастику, как на рисунке Жильяра. В банке царица оставила точную копию этого перстня, выполненную ее личным ювелиром. Копию другого перстня со свастикой царица передала некоему купцу в Тобольске, которого Жильяр знал лично. У этого купца царица спрятала какие-то свои драгоценности. Так вот, свастики на стене Ипатьевского дома послужили Жильяру сигналом передать «ключ» к счету в банке и к кладу в Тобольске тому, кто выживет из семьи Романовых. Жильяр вернулся в Швейцарию в начале 1919 года и с тех пор в России больше никогда не был. Он обещал царице в течение 50 лет ждать приезда кого-либо из членов царской семьи, а через 50 лет, в случае если монархия в России не будет восстановлена, передать «ключи» русскому правительству. Жильяр честно выполнил свое обещание и даже, как я уже говорил, присутствовал на встрече тех, кто знал царскую семью, с Андерсен, то есть лже-Анастасией. Швейцарец уверенно заявил, что она самозванка, и «ключи» ей не отдал. Убедившись, что никого из членов царской семьи нет в живых и что монархия не имеет в Советском Союзе никаких перспектив, Жильяр незадолго до своей смерти обратился за визой в советское консульство в Женеве. Ответа он не дождался. В какой банк в Цюрихе положены были царские деньги, Жильяр не успел или не захотел сказать своему родственнику до того, как умер у него на руках. А о том, были перстни-свастики у самого Жильяра или нет, его родственник ничего не знал. После смерти Жильяра его квартиру ограбили. Исчез его архив, какие-то ценные вещи. Наш резидент все же взял у его родственника рисунок перстней, снял с него копию и попытался было по своим каналам разузнать в Цюрихе, в какой банк могли попасть деньги Романовых, но В общем, нашли нашего Штирлица с пробитой головой в придорожной канаве. Версия такая, что его сбила машина. А рисунок Ну, впрочем, это не важно.
Признаться, я никогда не слышал, что царица увлекалась свастиками. С чего бы это? Тогда и о Гитлере никто ничего не слыхал, удивился Зябликов.
Войцеховский усмехнулся в усы и сказал:
У Гитлера монополии на свастику не было. Знак этот древний, как само человечество. Даже в наших деревнях его в старину использовали в вышивках крестиком. Во всей этой истории со свастикой есть своя мистика. Покойная императрица считала свастику своим фамильным священным знаком. Она ставила ее на своих письмах известному до революции бурятскому ламе Бадмаеву, который, кстати, общался с Распутиным и лечил его от пьянства иглоукалыванием. Думаю, что именно через Бадмаева, который был хорошо знаком с буддистской символикой, Распутин познакомился с сибирскими свастиками, что ему помогло войти в доверие к царице. Она была дочерью Людвига IV, великого герцога Гессенского. Мало кто знает, что в ее генеалогическом древе есть принц Карл Гессен-Кассельский и Фридрих II Прусский. Принц Карл под именем «Возродившегося Льва» был заместителем гроссмейстера ордена тамплиеров «строгого чина». А под именем Мельхиседек еще во времена нашей Екатерины II, в 1790 году, он создал масонский орден «Посвященные братья Азии». Символом ордена была свастика, и у его членов был тайный обряд они ложились на пол так, чтобы их тела образовали свастику. Императрица знала об этом с младенчества и во все это, конечно, посвятила Николая II. Уже в России она стала членом тайного общества «Балтикум» (оно же «Консул»), созданного по указанию кайзера Вильгельма, и втянула в него царя. В это общество входили, в частности, царские полковники Винберг и Тальберг, а также другие обрусевшие потомки тевтонских рыцарей, в основном прибалтийского происхождения. Бывал там, кстати, и Распутин. Орден служил кайзеру верой и правдой, делая все возможное, чтобы не допустить вступления России в Антанту. После февральской революции члены ордена попытались освободить царскую семью из-под домашнего ареста, под которым она находилась по приказу Керенского. Но неудачно. Корнилов помешал. Потом они служили у Колчака. И вновь попытались выкрасть царскую семью уже из-под Тобольска. Не знаю, предпринимали они такие попытки в Екатеринбурге или нет, но полагаю, что не для чекистов царица нарисовала две свастики в Ипатьевском доме, в своей комнате. Скорее всего, это был сигнал «Консулу». Ну, а после революции члены этого ордена ушли в эмиграцию и были, по нашим сведениям, в ближайшем окружении Гитлера. Это все те же полковники Тальберг и Винберг, основатель «Балтикума» бывший адъютант кайзера Вильгельма II генерал фон дер Гольц, царские генералы Бискупский, Авалов, Скоропадский, Шаберский-Борк и другие. Вот такая история с историей