Всего за 209.9 руб. Купить полную версию
Эх, Марфуша, не могу я без тебя и без твоих котлет!
Это было как признание в любви. Даже больше! Это было как предложение руки и сердца, только не озвученное, но само собой разумеющееся.
Так они и стали жить-поживать да добра наживать! Точнее, наживала добро все больше Марфа, крутилась на работе как белка в колесе, а потом по ночам и выходным пекла торты на заказ. Торты у нее получались ничуть не хуже, чем котлеты по-киевски. Их Мишаня тоже очень уважал. Потому Марфа торты всегда пекла в двойном экземпляре: побольше на продажу, а поменьше любимому Мишеньке. Он ведь мужик, ему для сил и жизненного тонуса нужно совсем мало: чтобы в доме было тепло, сытно, чтобы баба была ласковая и сдобная. Вот Марфа и старалась. А от осторожных Олькиных расспросов о том, где Мишаня работает и кем, только отмахивалась. Где-то да работает, утром уходит, вечером возвращается. А когда ночная смена, так и утром может прийти. А что денег в семейную копилку не вносит, живет на всем готовом, на Марфином, так в том нет ничего удивительного, потому что они копят на квартиру, чтобы переехать из Марфиной старой однушки в двушку в новостройке. Так что все по-честному: на Марфины деньги они живут, а Мишанины откладывают.
И ведь Олька еще тогда пыталась ее вразумить, намекнуть, что ничего честного в этом нет, что надо бы Мишаню расспросить и про работу, и про квартиру, которую он якобы собирается купить. А Марфа тогда страшно обиделась на это «якобы». Что значит «якобы», когда все у них с Мишенькой наверняка и по-настоящему! Тот раз они с Олькой поругались впервые за всю многолетнюю дружбу, целую неделю не разговаривали.
Помирило их горе. Мишани дома не было целых двое суток. Марфа уже собиралась бежать в полицию, подавать в розыск, когда он постучался в дверь. Не постучался даже, а поскребся. Марфа дверь открыла и обомлела: на Мишаню было страшно смотреть: одежда грязная, лицо в крови и синяк под глазом.
Марфуша не сказал, а простонал и упал в коридоре почти без чувств.
До дивана она его кое-как дотащила, уложила, раздела, кровь вытерла, раны обработала.
Что случилось, Мишенька? спросила дрожащим шепотом.
До дивана она его кое-как дотащила, уложила, раздела, кровь вытерла, раны обработала.
Что случилось, Мишенька? спросила дрожащим шепотом.
Он долго не хотел рассказывать, отворачивался к стене, вздрагивал спиной, как от сдерживаемых рыданий, но Марфа была настойчива, уговорами и ласками узнала все, о чем он молчал.
На Мишаниной работе случилась недостача, пропала очень большая сумма. Долг повесили на Мишаню, потому что он самый честный и самый беззащитный. И платить нужно, потому что очень серьезные люди, такие серьезные, что лучше бы Марфе даже их имен не знать, предупредили, что у Мишани теперь только два варианта: выплатить долг или все амба.
Это страшное слово «амба» он сказал таким обреченным голосом, что у Марфы аж дыханье сперло.
И что теперь делать, Мишенька? спросила она все так же шепотом.
Ничего Я не знаю, Марфуша! Он посмотрел на нее с отчаянием покрасневшими от невыплаканных слез глазами. Я им все отдал, все, что у меня было. Все деньги, что на нашу с тобой квартиру собирал. Только им все мало Они так и сказали, что мало, и сроку мне дали неделю, чтобы необходимую сумму собрал.
Большая сумма, Мишенька?
Очень. Его губы дрожали, когда он называл цифру.
А сумма оказалась и в самом деле очень большая, практически неподъемная. Если только Марфа крепко задумалась, а потом решилась.
Квартиру продадим! сказала твердо. Поживем пока на съемной, а там оно как-нибудь решится
Марфуша, ты не понимаешь попытался возразить Мишаня, но она не дала, воинственно взмахнула рукой.
А что?! Мы с тобой люди молодые, с руками, ногами, головами! Мы себе еще этих квартир сто штук построим, а те гады пускай подавятся! И в банке у меня кое-что имеется на черный день. Там, правда, немного, но теперь уж не до жиру. Колечко вот, она покрутила на пальце перстенек, мамкин подарок, заложу. Продавать его не хочу, Мишенька, сказала виновато.
Я его выкуплю. Мишаня крепко обнял ее за плечи, прижал к себе, поцеловал. И сразу стало понятно, что поступает Марфа правильно, что не о чем жалеть, когда рядом такой мужчина.
Квартиру они продали очень быстро, и деньги со счета сняли, и перстенек заложили. Всего этого только-только хватило, чтобы вернуть ту злосчастную недостачу. Но ведь хватило же!
На встречу с бандитами Марфа собирала Мишаню со слезами, все порывалась сама с ним пойти, чтобы защитить.
Нет, Марфуша. Мишаня был тверд и собран. Не нужно тебе туда, не женское это дело. Да ты не бойся, он снова ее поцеловал. Крепко поцеловал, страстно. Через два часа я вернусь, и заживем мы с тобой так, что все нам завидовать будут. Я уже и работу новую нашел, приличную. А с первой же получки перстенек твой из ломбарда заберем, я тебе к нему еще и сережки куплю.
Да не нужны мне сережки Марфа растерянно потрогала свои непроколотые уши. Ты только вернись, пожалуйста
Через два часа, сказал Мишаня и помахал рукой.
Вот только не вернулся он ни через два часа, ни через три, ни через десять. И телефон его молчал. Абонент недоступен