Всего за 259.9 руб. Купить полную версию
Можно с большой определенностью сказать, что именно с Трулльского собора Церковь начинает выработку особых правил иконописания – канонов, которые были призваны оберегать священные изображения от внесения в них элементов, чуждых вероучительным принципам Православия, или, говоря по-другому, от изобразительной ереси.
А Седьмой Вселенский собор, состоявшийся в 787 году, утвердил догмат иконопочитания, обозначил место и роль священных изображений в богослужебной церковной практике.
Таким образом, иконописный канон – это определенный церковными собраниями свод догматических правил и положений относительно места и назначения Священных изображений в литургической жизни Церкви.
Синергия внутреннего – сакрального и внешнего – образно-стилистического – получила свое законченное выражение в правилах и установках иконописного канона, который не позволяет иконе нисходить до уровня светской живописи.
Канон для иконописца явился тем же, что и Богослужебный устав для священнослужителя. Продолжая это сравнение, можно сказать, что «Служебником» для изографа становится иконописный подлинник – свод конкретных правил и рекомендаций, как надо писать икону, причем главное внимание в нем уделено практике.
Очевидно, что самые первые установленные образцы для подражания, существовали уже в начальный период становления иконописи.
Одним из ранних, дошедших до настоящего времени иконописных подлинников, который основан, конечно, на еще более ранних, считается написанный на греческом языке отрывок из «Древностей церковной истории Ульпия Римлянина о наружном виде богоносных отцов», датируемый 993 годом. Он содержит словесные описания наиболее известных отцов Церкви. Вот, к примеру, описание святителя Иоанна Златоуста.
Конец ознакомительного фрагмента.