- Этот пакет здорово запоздал. Он должен был выйти несколько месяцев назад. Я думаю, надо начать с того, что уже куплено. Как можно меньше вмешиваться в работу сотрудников. Пусть продолжают в том же духе - так будет меньше риска. - Он открыл пакет. - Но…
- Никаких "но". - Мэвис наклонился к нему и, приложив палец к губам, прошептал:
- Помни девиз:
Excelsior.
Он пожал Алену руку, пожелал ему удачи, потом еще немного погулял в одиночестве вокруг здания и ушел.
Глядя на его удаляющуюся фигуру, Ален впервые ощутил, как велико его собственное бремя. Но ощущение тяжести только подогрело его энтузиазм.
- Семерых одним ударом, - громко произнес он.
- Да, мистер Парсел, - ответила целая батарея селекторов; секретари приступили к своей работе.
- Я просто проверяю аппаратуру. Можете продолжать свой сон или что вы там делаете.
Он снял пальто, сел за стол и занялся пакетом. Просмотрев его, Ален решил ничего не менять и, сделав на нем пометку "Удовлетворительно", положил в корзину транспортера, которая тут же пришла в движение. После ряда инстанций пакет запускался в производство.
Ален снял телефонную трубку и набрал свой домашний номер.
- Ты где? - спросила Дженет, словно боялась поверить в благополучный исход. - Ты уже…
- Да, я здесь.
- Как работа?
- Власть неограниченная.
Она немного успокоилась.
- Может, отпразднуем сегодня вечером?
Идея была неплохая.
- Мы одержали большую победу и должны ее отпраздновать. Я могу, э-э, принести много-много мороженого.
- Все-таки мне было бы спокойней, если бы ты рассказал, что вчера было у миссис Фрост.
Ален решил не давать ей новых поводов для волнения.
- Успокойся, все обошлось как нельзя лучше. Сегодня утром я занимался нашим старым пакетом. Помнишь: про дерево. Теперь-то они его не зароют. Я хочу перевести сюда лучших людей из Агентства, таких как Гарри Прайер. А здешний штат буду понемногу сокращать, пока не получится нечто управляемое.
- Только не придумывай ничего слишком сложного.
Я имею в виду - такого, чего люди не смогут понять.
- Никто не знает, что люди могут понять, а чего нет. Устаревшие формулы будут отмирать, и их место займет что-то новое. Мы попробуем все понемногу.
- А помнишь, как забавно все начиналось? Когда только появилось Агентство, и мы приводили в ужас Т-М своими новыми идеями.
Конечно, Ален помнил, и мечтательный тон Дженет его обрадовал.
- Продолжай думать в таком же духе. Скоро увидимся. Все идет хорошо, не волнуйся. - Он попрощался и повесил трубку.
Наступившую тишину тут же нарушило переговорное устройство.
- Мистер Парсел, тут несколько человек ждут, когда вы сможете их принять.
- Хорошо, Дорис, - ответил он.
- Вивиан, мистер Парсел, - хихикнула секретарша. - Могу я пригласить первого?
- Пусть он, или она, или оно войдет. - Ален сцепил пальцы и стал смотреть на дверь.
Первым посетителем оказалась женщина, и это была Гретхен Мальпарто.
Глава 17
Гретхен была в изящном голубом костюме, держала в руках вышитую бисером сумочку и источала аромат свежих цветов. Но на лице ее застыло напряженное выражение. Прикрыв дверь, она сказала:
- Я прочла твою записку.
- Родился мальчик. Шесть фунтов. - Весь кабинет как будто наполнился взвесью мельчайших частиц.
Ален положил ладони на стол и закрыл глаза. Когда он открыл их, частицы исчезли, но Гретхен осталась. Она сидела в кресле, положив ногу на ногу, и теребила подол своей юбки.
- Когда ты вернулся? - спросила она.
- В воскресенье вечером.
- А я сегодня утром. - Она сдвинула брови, и на ее лице промелькнуло выражение отчаяния и боли. - Почему ты сразу ушел?
- Я понял, куда попал.
- Разве там так плохо?
- Я могу позвать людей, чтобы тебя выставили отсюда. Я даже могу сделать так, чтобы тебя арестовали и привлекли к суду за тунеядство, вместе с твоим братом и всей вашей компанией. Но это погубит меня.
Даже если Вивиан зайдет сюда получить указания и увидит тебя, мне конец.
- Кто такая Вивиан?
- Одна из моих новых секретарш.
Лицо Гретхен немного прояснилось.
- Ты преувеличиваешь.
Ален подошел к двери и запер ее на ключ. Потом вернулся к столу, нажал кнопку переговорного устройства и сказал:
- Пусть меня не беспокоят.
- Да, мистер Парсел, - отозвалась Вивиан.
Сняв трубку, Ален позвонил в свое Агентство. Ответил Гарри Прайер.
- Гарри, - сказал ему Ален, - приезжай сюда, в Телемедиа, возьми что-нибудь - слайвер или мобиль.
Поставь его как можно ближе и поднимайся ко мне в кабинет.
- Что случилось?
- Когда будешь здесь, позвони мне по телефону, который стоит на столе у секретарши. Не пользуйся переговорным устройством. - Он повесил трубку, нагнулся и оборвал провод селектора. - Эти штуки - готовые подслушивающие устройства, - пояснил он Гретхен.
- Ты и впрямь не шутишь.
- Еще бы. - Он скрестил руки на груди и прислонился к своему столу. Послушай, твой брат сумасшедший?
- Да, в каком-то смысле. У него мания - коллекционирование. Но психотерапевты все сумасшедшие.
В твоей энцефалограмме есть какая-то загогулина, и он помешался на ней.
- А ты?
- Наверное, я тоже не очень разумная, - ответила она тихим дрогнувшим голосом. - Последние четыре Дня я только об этом и думала. Когда ты исчез, я стала тебя искать. Мне казалось, что ты… мог бы еще вернуться. Просто хотелось так думать… Ведь там было так хорошо и уютно. - Она умолкла, потом внезапно разразилась бранью:
- Ты просто тупой ублюдок!
Ален взглянул на часы и подумал, что Гарри Прайер прибудет минут через десять. Наверное, сейчас он выкатывал слайвер на взлетную площадку на крыше Агентства.
- Что ты собираешься со мной делать? - спросила Гретхен.
- Увезти куда-нибудь и выбросить. - Вероятно, Гейтс мог бы помочь. Что если упрятать ее на Хоккайдо? - Тебе не кажется, что вы поступили со мной нечестно? Ведь я пришел к вам за помощью: я вам полностью доверился.
Гретхен опустила глаза:
- Это все брат. Я сначала ничего не знала; ты уже уходил и вдруг стал падать. Он усыпил тебя газом, а потом поручил кому-то доставить тебя в "Иной Мир".
Ты должен был лететь в состоянии каталепсии в грузовом отсеке. Но я испугалась - ты мог умереть. Поэтому я полетела вместе с тобой в салоне. Она подняла голову. - Это было ужасно, но мне больше ничего не оставалось.
Похоже, теперь она говорила правду.
- Да, задумано остроумно, - заметил Ален, - особенно с исчезновением дома. Но что там за штука в моей энцефалограмме?
- Мой брат ломает над ней голову с тех пор, как она к нему попала. Но он так и не смог ее разгадать.
И Диксон тоже не смог, хотя его считают гениальным психиатром. Он говорит, что у тебя есть способность предвидеть будущее. Ты повредил статую, чтобы предотвратить свою смерть от рук легионеров. Они будто бы убивают тех, кто поднимается слишком высоко.
- И ты с ним согласна?
- Нет. Потому что знаю, что означает твоя загогулина. У тебя действительно есть то, чего нет больше ни у кого. Только это не способность к предвидению.
- А что же?
- У тебя есть чувство юмора.
В кабинете воцарилась тишина. Ален размышлял, а Гретхен просто сидела, разглаживая юбку.
- Может быть, - произнес он наконец.
- Но чувство юмора чуждо Мораку. И недоступно всем нам. Ты не "мутант"; ты просто уравновешенный человек. - Ее голос зазвучал увереннее. - Ты просто пошутил и тем самым попытался вернуть немного равновесия неуравновешенному миру. Но даже самому себе ты не можешь в этом признаться. Тебе хочется верить в Морак, и внешне ты в него веришь. Только внутри у тебя всегда остается та самая загогулина, которая кривляется, смеется и придумывает забавные шутки.
- Ребячество.
- Вовсе нет.
- Спасибо, - Ален улыбнулся ей.
- И получается какая-то чепуха. - Она достала из своей сумочки платок, вытерла глаза и сунула его в карман пальто. - Теперь ты директор Телемедиа. Хранитель общественной морали. Ты сам создаешь мораль.
Очень странная ситуация.
- Но я действительно хочу здесь работать.
- Да, у тебя очень высокая нравственность. Но в этом обществе нет нравственности. Домовые собрания - ты же их терпеть не можешь. Безликие обвинители. Вездесущие назойливые "малыши". Бессмысленная борьба за жилье. Постоянное ощущение тревоги, напряжение: взгляни на Майрона Мэвиса. Всюду подозрение и скрытые намеки на какую-то вину. Все становится как будто зачумленным. Все боятся заразиться: боятся совершить безнравственный поступок. Секс считается патологией: людей преследуют за самые естественные проявления жизни. Вся эта система - как огромная камера пыток, и все следят друг за другом, стараются друг друга погубить. Охота на ведьм и инквизиции. Угрозы и цензура: мистер Синий Нос запрещает книги. Морак придумали больные люди, и он порождает новых больных людей.
- Допустим, - согласился Ален. - Но я не собираюсь валяться на траве и разглядывать загорающих девушек. Как коммерсант во время отпуска.
- Это все, что ты увидел на Курорте?
- Это все, что я увидел в "Ином Мире". А Курорт - только машина для доставки туда людей.
- Не правда. Он делает гораздо большее: он дает им защиту. Когда чувство обиды или страх начинают разрушать их психику, - она сделала неопределенный жест, - тогда они уезжают.