Это моя работа.- Я так и думал, что ты сказал именно эти слова. В первый раз я им тоже не поверил.- Нет, лично я риску никогда не подвергаюсь. Пожалуй, самое захватывающее приключение в моей жизни случилось со мной, когда я опрокинул чернильницу. Нет, я оцениваю риск. Изо дня в день. Тебе известно, какова вероятность того, что в районе Красного Треугольника в Бес Пеларгике случится пожар? 1 к 538. Это я сам сосчитал, - с оттенком гордости добавил он.- За... - Ринсвинд попытался подавить отрыжку, - зачем? Прости. Он подлил себе еще вина.- Затем, чтобы... - Двацветок внезапно умолк. - Я не могу передать это на тробском, - объяснил он. - По-моему, у тробийцев нет такого слова. На моем языке это называется...Он выдал набор чужеземных слогов.- "Страх-и-в-ванне", - повторил Ринсвинд. - Вот чудное слово. И чего оно значит?- Ну, допустим, у тебя есть судно, груженное, скажем, золотыми слитками. Оно может попасть в шторм или подвергнуться нападению пиратов. Ты не хочешь, чтобы это случилось, и поэтому берешь "пол-лисы" для "страх-и-в-ванне". На основе прогнозов погоды и данных о пиратстве за последние двадцать лет я вывожу вероятность того, что груз пропадет, затем прибавляю кое-что, а потом ты платишь мне некоторую сумму, рассчитанную на основе этой вероятности...- ..и кой-чего... - подчеркнул Ринсвинд, торжественно подняв палец.- После этого, если груз действительно пропадает, я возмещаю тебе убыток.- Возмечтаешь?- Плачу тебе стоимость груза, - терпеливо растолковал Двацветок.- А, понял. Это нечто вроде пари, да? - Пари? Ну, в чем-то похоже.- И ты зарабатываешь деньги этим " страхом-и-в-ванне "?- Конечно. Это дает проценты с вкладов.Ринсвинд, нежась в теплом желтоватом сиянии, которым его окутало выпитое вино, попытался представить себе "страх-и-в-ван-не" в терминах Круглого моря.- П'моему, я не п'нимаю этот "страх-и-в-ванне", - твердо сказал он, лениво наблюдая за плывущей перед глазами обстановкой. - Вот магия - это да. Магию я п'нимаю.Двацветок усмехнулся.- Магия - это одно, а "отраженный шум подземного духа" - другое, сказал он.- Чево?- Что?- Што это за п'тешное слово ты сказал ? - нетерпеливо переспросил Ринсвинд.- "Отраженный шум подземного духа"?- Никогда о таком не шлышал. Двацветок попытался объяснить. Ринсвинд попытался понять.
***
Весь день они бродили по городу, расположенному по вращению от реки. Двацветок, на шее у которого висела на ремешке странная коробка для картинок, возглавлял шествие. Ринсвинд тащился сзади, время от времени поскуливая и проверяя, на месте ли его голова.Вслед за ними пристроилось еще несколько личностей. Жители города, в котором мирное течение жизни регулярно нарушалось публичными казнями, дуэлями, драками, распрями волшебников и необычными происшествиями, довели профессию любопытствующего прохожего до вершин совершенства. Все они, как на подбор, были высококвалифицированными зеваками. Одним словом, Двацветок с восторгом делал картинку за картинкой, запечатлевая людей, занятых, как он это называл, типичной деятельностью. Поскольку вслед за этим монета в четверть райну, как правило, меняла владельца, компенсируя "причиненное беспокойство", то вскоре за Ринсвиндом и Двацветком образовался целый хвост ошеломленных и счастливых новоиспеченных богачей, надеющихся, что этот псих-чужестранец в конце концов взорвется и на землю прольется настоящий золотой дождь.Торопливо собранный в Храме Семирукого Сека совет жрецов и специалистов по ритуальной пересадке сердца пришел к заключению, что возвышающаяся на сотню пядей статуя бога представляет собой слишком значительную святыню, чтобы делать из нее магическую картинку.