Всего за 199 руб. Купить полную версию
– Да, – Алана даже не пыталась придать голосу нарочитую бодрость, прекрасно понимая, что коллег ей этим не обмануть.
Николетта пристально смотрела на нее с другого конца комнаты, и приспустив очки на кончик длинного носа спокойно спросила:
– Могу чем – то помочь?
– Присоединяюсь, – подала голос Тири и в интонациях красавицы – цветочка уже слышались угрожающие нотки.
– Боюсь, что нет… – вздохнула Алана. – Разве что…. Погуляем сегодня после работы.
– И выпьем, – решительно кивнула Ника и поделилась. – Мне как раз вчера доставили бутылочку отличного янтарного вина. Конечно, хотелось бы открыть ее по радостному поводу… но…
– Наверное, янтарное и правда лучше придержать до значимого события, – бледно улыбнулась рыжая сваха, мрачно подумав, что надраться они прекрасно смогут и чем – то подешевле и не таким редким.
«Надраться» оказалось слишком громким словом для последующего мероприятия. Конечно, Алли пришла домой изрядно шатаясь, но все же на своих ногах и даже с относительно ясной головой. Вечер удался!
Девушки погуляли, вкусно покушали в любимом заведении, поговорили и все же вытрясли из Алли причины ее отвратительного настроения.
Вечер закончился закономерным выводом «Все мужики козлы!»
Напевая, Алана подходила к своему дому. Маленький, но уютный, он был для девушки оплотом спокойствия. В окнах горел свет, и губы свахи тронула улыбка. Мама дома…
Отношения с Иллио Виртвольф у Алли были просто замечательные. Мать не лезла в дела дочери, но Алана знала, что если у нее что – то случится – за спиной ее будет стоять та, кто дала ей жизнь.
Порывшись в сумке, рыженькая отыскала ключик и открыла дверь. Уже в прихожей ее обняли за плечи ароматы горячей выпечки и тонкий запах цветов. Из гостиной грациозно выпорхнула высокая, худенькая женщина с темно – медными волосами и обняв блудную дочь, выдохнула:
– А я уже начинала волноваться.
– Не стоило, – улыбнулась Алли.
– Знаю, – встряхнула кудрями цвета красного золота Иллио. – Но иначе не могу. Ты голодная?
– А чем пахнет? – принюхалась сваха. – Булочки с корицей?
– Они самые.
– Тогда попью чай… – решила Алли и попросила мать. – завари, пожалуйста.
Иллио лишь улыбнулась и легким шагом направилась на кухню, по дороге бросив:
– Тебе тут, кстати, послание и презент.
– Да? – недоуменно приподняла брови Алана. – Что, где и главное от кого?
– Букет стоит в гостиной, а в карточку я не заглядывала, так что беги, выясняй сама.
Из ботиночек Алли почти что вылетела и, небрежно кинув шаль на вешалку, рванула в указанном направлении. Едва не споткнулась о ковер, но все же выровнялась и подошла к тяжелому дубовому столу уже размеренным шагом. На нем стоял небольшой букет странных цветов похожих на розы. Но с чуть более острой формой лепестков, которые вдобавок мягко светились и источали тонкий, нежный аромат.
– Чудо какое… – прошептала Алли, проводя кончиками пальцев по нежным бутонам.
Немного помявшись и изуверски сломав крылышки надежде которая робко пискнула что – то по поводу Нира и извинений, девушка твердой рукой взяла записку и решительно развернула.
Она разительно отличалась от той, что пришла к ним в агентство.
Буквы с сильным наклоном, угловатые и резкие… а слова вовсе не равнодушные:
«Здравствуй, медная моя.
К сожалению, обстоятельства безжалостно гонят меня в поездку, но я надеюсь, что ты простишь мне это недолгое отсутствие.
Спасибо за замечательную прогулку. Воспоминания о ней будут греть меня в этом северном путешествии.
С надеждой на скорую встречу, твой гад ползучий, Нир Дареймис»
Как Алли не старалась, но широкую улыбку она сдержать не смогла. Надежда и трепетные чувства тоже оказались тварями крайне живучими, а потому мигом воспрянули и с новой силой обуяли несчастную сваху, которой чисто теоретически нужно было этого мужчину женить. На ком-то другом…
Мысль вызывала ревнивые протесты где-то в глубине души.
– Мам, а ты знаешь, что это за цветы? – пытаясь как – то отвлечь себя спросила Алана, разворачиваясь в сторону кухни.
– Знаю, – не оборачиваясь, ответила хлопотавшая у стола женщина. – Янтарные розы. Очень дорогие редкие цветы. Символизируют открытость и искренность. Иногда используются как признание в любви.
О как…
Чай был вкусный, булочки еще теплые и со хрустящей корочкой, мама что – то рассказывала о том, как прошел ее день.
Но Алли летала в своих мыслях и мечтательно улыбалась, глядя в чашку с зеленоватым напитком.
О том, что Нир вернулся, она узнала одной из первых. По второму букету все тех же янтарных роз и краткой записке в них, написанной все тем же резким, угловатым почерком: «Я скучал».
А на следующий день, в контору «Свахи и Ко» пришло официальное письмо, заверенное гербом Дареймисов, где уже знакомым поерком с завитушками было написано, что оный господин вернулся в Стим – Лонд и готов продолжить сотрудничество с их конторой, а также просит известить его о дате следующего визита.
Алана покрутила в руках письмо. Надо полагать это официальная корреспонденция, а стало быть, ведет ее секретарь Нира. Все становится понятнее.
Рыженькая прошла к стеллажу и немного поискав выудила оттуда папку с делом Дареймиса. Перебрала кандидатуры девушек стараясь заглушить в себе противный шепоток ревности и остановилась на самой подходящей кандидатке.
Конец ознакомительного фрагмента.