Как же раздражают маленькие города, где всем есть до тебя дело!
Сейчас нет, но я часто простужаюсь.
Вот когда простудитесь, тогда и приходите, сообщили мне, и худая рука подвинула обратно монеты, которые я уже успела выложить на прилавок.
Но
А лучше, если что случится, зовите доктора Хонтхельна. Он свое дело знает.
От возмущения я чуть не осталась стоять с глупо приоткрытым ртом.
Вы не можете отказывать покупательнице! Небольшое усилие над собой и слова все же нашлись. В конце концов, это невыгодно!
Лучше я потеряю немного прибыли, чем стану пичкать молодую здоровую девушку лекарствами! упрямо заявил аптекарь. Давайте оставим микстуры тем, кому они действительно нужны. Поверьте, Годдхен отличное место. Вероятнее всего, вы вообще не заболеете.
Объяснить ему про непонятные приступы, что ли? Воспитание не позволило. Дома доктор ни разу не дал понять, что происходящее со мной чем-то отличается от обычной простуды. Сильной простуды. Но я еще с детства переносила их тяжело. И лекарства никогда толком не помогали. Так что спорить не стала, но напоследок от души хлопнула дверью.
Остальные дела тоже ожидаемых результатов не принесли. Мага в таверне я поймала, но он прибыл в экипаже и не имел специального разрешения, позволяющего открывать порталы. Нужных умений тоже не имел. Предложил, правда, отвезти в соседний городок, из которого прибыл, но так бы я только удалялась от столицы, а не приближалась к ней. Пришлось принять заданные тетей правила игры и смириться с пребыванием в Годдхене до конца лета минимум. Зато поела нормально, и заниматься готовкой самой пока не пришлось.
Магазин сегодня был открыт, но порадовал разве что скудостью выбора. И это учитывая, что я не одна из столичных модниц и мои требования к нарядам не слишком высоки. Здесь все подошло бы скорее торговке или разносчице. Хотя нет, и им бы не подошло. Разве только их мамам и бабушкам. Кто еще согласится носить мешковатое платье с рюшами?
Ограничившись некоторыми мелочами и кое-как подобрав удобную обувь, я получила совет обратиться к портнихе, которая, как и доктор, «свое дело знала», и покинула лавку. У них тут хоть что-то можно сделать без трудностей?
Нужные адреса мне, правда, дали.
Следующим на пути был банк. Большая вывеска попалась на глаза, когда я пересекала площадь, и сама не знаю, зачем туда пошла. Приблизившись к столу, за которым, отделенный от посетителя решеткой, работал пожилой человек с бородавкой на щеке, я попросила информацию о своих накоплениях. Ждать пришлось долго. Он куда-то уходил, сверял документы, трижды воспользовался магической почтой, и спустя почти час потраченного впустую времени я получила документ, традиционно свернутый трубочкой и скрепленный печатью, выгравированной на кольце, какие носили все банковские служащие.
Однако интересовало меня уже другое:
У вас есть магическая почта?! То есть с ее помощью возможно передать послание в столицу?
Разумеется, сухо ответил человек по ту сторону решетки, еще не понимая, куда я клоню.
Можно мне написать тете? Пожалуйста Я молитвенно сложила ладони на груди. Я знаю, что так не делается. Но портал сбился, и, наверное, она там с ума сходит от беспокойства. А пока письмо дойдет обычной почтой, пройдет около двух месяцев.
Банковский работник тихонько вздохнул, подозреваю, мечтая от меня поскорее отделаться.
Так и быть, сделаем для вас исключение.
Правда?! Я с трудом сдержала счастливый писк.
Принадлежности, необходимые для осуществления задуманного, мне выдали. Я быстро написала несколько строк. От волнения получилось криво. Но главное ведь суть! В послании я объясняла, что здесь холодно, скучно и у меня нет подходящих вещей, и просила тетю забрать меня. Листок был сложен и скреплен печатью. Прямо на моих глазах подставка засветилась, на мгновение над ней проступили очертания тетиного дома, и листок исчез. Письмо ушло по адресу.
Спасибо, прошептала я.
У нас служат мальчишки, бегают по поручениям, скупо улыбнулся мужчина. Я пришлю одного из них, когда придет ответ.
Дома я без особого интереса развернула полученную в банке бумагу. Хм. Хм-хм. Если ей верить, денег у меня не так уж и много. Хватит на год нормальной жизни, если без выездов в свет и прочей блестящей суеты, но состоянием это никак не назовешь. Не знаю, что и думать.
Я ведь даже не в курсе, какими суммами располагала изначально. Тетя установила идеальный порядок. Она организовывала жизнь, Квит должен был стать настоящим мужчиной, богатым и влиятельным, который в будущем позаботится о нас, а я была послушной невестой, чтобы потом стать послушной женой. Сейчас даже не могу точно сформулировать, в чем это заключалось. Я немного училась, всему по верхам, но практически ничего не делала. Мне нужно было казаться милой и выглядеть хорошо. Все.
Чувствую себя как выброшенная на берег рыба. Ладно, дождусь ответа от тети, потом буду паниковать. Знаю одно: как раньше, уже ничего не будет.
Ночью жутковато завывал ветер, стучал по крыше дождь, неподалеку шумело море, и во всех этих звуках будто слышались другие. Нереальные. Такие, каких быть не могло. Никак. Плавная мелодия, от которой дрожали глубинные струны души, и пение. Совсем тихое, но восхитительно прекрасное. От него тянуло в области солнечного сплетения, становилось больно дышать, подкрадывался жар и несколько раз я ловила себя на том, что вода капала с кончиков пальцев.