Всего за 9.95 руб. Купить полную версию
Когда вэтосамоеутро онпокидалрощу Джетавану, рощу
Возвышенного, уженаполовину проснувшийся, ужепо пути к самому себе, то у
негобылонамерение -- и оно казалось ему таким естественным,самособой
понятным -- вернуться на родину к своему отцу. Но теперь, в ту самую минуту,
когдаон остановился,словно увидав надороге змею,внем проснулосьи
сознание: "Даведь я уженетот, чем был. Я ужене аскет,нежрец,не
брахман.Что жеястануделать дома,у отца?Изучать священныекниги?
Приноситьжертвы?Упражняться всамоуглублении?Да ведь с этим всемуже
покончено, всего этого уже не будет на моем пути".
Словно окаменев, стоял Сиддхартхана одномместе.На мигсердце его
остановилось; он почувствовал, как оно, словномаленькая птичка или зверек,
похолодело и сжалось в груди, при мысли о том, до чегоон одинок. В течение
многих лет он жил без родины и нечувствовал этого. Теперь он почувствовал.
Всеmb. время, как быон ни отрешалсяот самого себя, он оставалсясыном
своего отца, оставался брахманом, человеком высокогозвания, ученым. Теперь
же онбыл толькоСиддхартхой,правда,проснувшимся,но ничем более.Он
глубоко перевел дух и вздрогнул от холода. Никтоне был так одинок, как он.
Всякий человек благородногозвания, всякий ремесленник принадлежал к своему
сословию,находилутакихже, какон,благородныхилиремесленников,
убежище, делил их жизнь, говорил их языком. Не было такого брахмана, который
быне причислял себя кбрахманам, не жил вих обществе,--не было такого
аскета,которыйненашелбыприбежищавсредесаман.Даженаиболее
уединившийсяотлюдей лесной отшельник небывает совершенноодинок; и он
имеетобщениесподобнымиему,ион принадлежит кизвестномуклассу,
заменяющему ему родину. Говиндастал монахом, итысячи монахов стали его
братьями; они носили такое же, как он, платье; имели такую же, как он, веру;
говорили такимже, какон, языком. Но он, Сиддхартха, кому онблизок? Чью
жизнь будет он разделять? С кем у него общий язык?
Изэтогомгновения,когда окружающий мир как бырастаял и отошел от
него, когда он стоял одинокий, как звезда на небе,-- из этого мига душевного
холода иупадкадуха Сиддхартха вынырнул с резчевыраженным,чем раньше,
крепче сжавшимсяЯ.Этобылпоследний-- он чувствовалэто--трепет
пробуждения, последняя судорога рождения. Вслед за этим он снова двинулсяв
путь и зашагал быстрои нетерпеливо -- но не домой, не к отцу,не к старой
жизни...
Часть вторая. КАМАЛА
С каждым шагом на своем пути Сиддхартха узнавал что-нибудь новое -- ибо
мир принял теперь в его глазах совсеминой вид, и все в нем очаровывало его
сердце.Онвидел,каксолнцевставалонадпокрытымилесомгорамии
опускалось за пальмами отдаленного морского берега.Ночью он видел нанебе
стройное движениезвезд и серповидный месяц,плывший, как ладья, по синеве
неба.