Всего за 449 руб. Купить полную версию
Сандер улыбнулся.
Ну, разумеется. Никто другой не справится с этим делом лучше него.
Как знаешь проговорила Эсме с сомнением и вдруг, встрепенувшись, посмотрела наверх. Капитан вернулся. Я простите, мне надо идти
Она убежала так быстро, что Сандер даже не успел опомниться. Он посмотрел на Амари и Ризель и подумал, что брату с сестрой лучше сейчас остаться наедине.
Ну а ему нужно найти где-нибудь укромное местечко и вздремнуть хотя бы пару часов, потому что за одной бессонной ночью скоро последует другая.
Только ее ему предстоит провести в Талассе.
Блуждающий город оказался еще безумнее по своему устройству, чем Каама, по которой Сандер успел немного соскучиться. Здесь не было и намека на твердую землю: кругом, куда ни кинь взгляд, громоздились фрегаты самых разных размеров и форм; над головой колыхались мачты, словно деревья. Обойдя с десяток кораблей, он понял, что Блуждающий город еще и велик: не будь у него в голове ~компаса~, заблудиться не составило бы особого труда.
Местами фрегаты стояли вплотную, борт к борту, но далеко не везде. Иногда они словно выстраивались цепью, в которой одно звено соприкасалось с другим носом или кормой; иногда между ними оказывалась пустота, которую местные жители бесстрашно преодолевали по хлипким мосткам, вплавь или при помощи веревок с палками на конце, привязанных к какой-нибудь мачте. Оказавшись возле такой «переправы» в темноте, озаряемая лишь жаровнями на палубе, она выглядела особенно впечатляюще, Сандер задумчиво посмотрел на свои руки. Сила и умение хорошо лазать не входили в число его достоинств, но ведь среди жителей Талассы попадались крабниды и прочие очарованные, которым было еще сложнее уцепиться за веревку хотя бы по той причине, что они не имели пальцев. Или рук.
Где-то находилась еще одна дорога только он ее пока что не нашел.
Эй, раздалось позади. Сандер обернулся и увидел очарованного с рыбьими глазами навыкате и блестящей чешуей, покрывающей руки и широкую грудь под рубашкой. Сдается мне, ты новенький.
В каком-то смысле, согласился Сандер.
Заблудился?
Ага. Мне надо Он махнул рукой на юго-запад. Туда.
Я понял, понял: ты с «Игривой Кошечки», сказал очарованный, добродушно улыбаясь. Ты и впрямь заблудился, там дальше тупик, и тебе пришлось бы вернуться назад. Давай-ка я покажу тебе дорогу, брат.
Как-то само собой получилось, что очарованный его звали Тинно Уриски завел Сандера в таверну, расположенную на борту одного из фрегатов. Сандер не возражал: прежде всего Уриски нуждался не в собеседнике, а в слушателе, и можно было не бояться, что какой-нибудь важный секрет ненароком выплывет наружу. Кроме того, лишь там, где местных жителей собиралось по-настоящему много, он мог встретить того, в ком так нуждались Кристобаль и Амари.
Поэтому Сандер грел в ладонях кружку с батарой пойлом, которое бегущие-по-волнам гнали из водорослей, в нужные моменты кивал и поддакивал Уриски, одновременно сосредоточив все внимание на посетителях безымянной таверны.
Он слушал и смотрел.
Не все здесь были моряками, хотя, конечно, именно моряки больше всех рисковали заболеть морской болезнью. Даже обычных рыбаков она обычно обходила стороной, но тот, кто все время путешествовал от одного острова к другому, пересекал моря и океаны, рано или поздно мог обнаружить, что на сушу его уже и не тянет.
Так или иначе, каждый моряк нес в себе отголоски ~песни~, которую пел его фрегат. В этот вечер Сандеру довелось услышать великое множество ~песен~ веселых и грустных, тревожных и спокойных. Он ненадолго впускал каждую из них в свой разум, а потом не без сожаления возвращался к поискам, потому что ни один из посетителей таверны не был корабелом. Корабелы звучали иначе
Шаркат, вдруг произнес Уриски. Ну какой же гадостный шаркат нам попался, клянусь плавниками Заступницы! Такое чувство, что где-то в Талассе прячется сбежавшая от него добыча, и теперь он бесится от того, что никак не может ее разыскать.
Он говорил о той самой твари, чью голову Немо Гансель, правитель Блуждающего города, потребовал в качестве платы за помощь «Невесте ветра». Сандер навострил уши. Он не знал, что еще успел узнать о шаркате сам Кристобаль Фейра, но любая крупица сведений могла принести пользу, и, раз уж ему не удалось пока что выполнить свое главное задание, не стоило тратить время впустую.
Ты это серьезно? спросил он и, сделав над собой усилие, глотнул батары. Я не знал, что у шаркатов такая хорошая память.
Уриски фыркнул:
Да они самые злопамятные твари во всем бескрайнем Океане! Но этот, этот просто король всех тварей. Когда я увидел, как он бросается из воды прямо на палубу и давит всех своей тушей, у меня чешуя дыбом встала. Понимаешь, брат, что-то в нем есть неправильное. Шаркаты, они ведь звери как кракены и мурены, к примеру. Кое-какие мысли в их тупоносых башках, может, и водятся, но эти мысли совершенно точно должны быть о жратве.
А этот? О чем он думает, по-твоему?
О боли, уверенно ответил Уриски. Он хочет причинить как можно больше страданий, а утолить голод для него дело десятое, хоть и весьма приятное.