Марина и Сергей Дяченко - Ведьмин род

Марина и Сергей Дяченко

Ведьмин род

Ровно в десять пожилой инквизитор явился на допрос: Руфус, бывший куратор округа Ридна, властолюбивый, заносчивый, высокомерный Руфус переступил порог своего кабинета, лишенный должности, в роли подследственного.

В двух огромных клетках порхали и пели экзотические птицы. Вдоль стен помещались пальмы в кадках. Инквизитор посмотрел сперва на птиц кажется, с тревогой и сожалением. Потом перевел взгляд на того, кто занимал теперь кресло куратора.

 Садитесь, пожалуйста,  сказал Мартин Старж.

Простые слова поразили Руфуса, как пощечина,  в собственном кабинете он, выходит, не мог больше сесть без позволения.

 Да погибнет скверна,  буднично продолжал Мартин.  Я обвинил вас в служебном подлоге на основе показаний некой ведьмы. Но записи допроса я не вел. Повторить свои слова ведьма не сможет. Таким образом, у меня нет против вас ни улик, ни свидетелей только то, что знаем мы оба. Теперь вопрос: от чего умер ваш заместитель, инквизитор Иржи Бор? От сердечного приступа?

Сделалось тихо. Руфус тяжело дышал; до него медленно доходило, в какую ловушку загнал его Мартин. Панический рапорт об отставке уже подан, служебное расследование запущено, отступать поздно или не поздно?! На лице у бывшего куратора застыло мучительное сомнение: он должен был сделать выбор из двух одинаково плохих вариантов.

Пауза затягивалась. Руфус молчал, будто ему заклеили рот. Мартин не торопил его; новая попытка солгать оказалась бы для бывшего куратора непереносимым унижением, тем более что унижаться пришлось бы перед человеком, которого Руфус презирал и ненавидел. Но признание грозило неопределенными последствиями в будущем Руфус должен был передать свою судьбу в руки Мартина, причем по своей воле, раз доказательств нет.

 Вам нужно время, чтобы принять решение?  мягко осведомился Мартин. Руфус посмотрел на него с ненавистью и мукой. Хотел что-то сказать, но снова промолчал. Прошло еще несколько минут.

 Мой заместитель Иржи Бор,  начал наконец Руфус не своим, напористым, а очень слабым и бесцветным голосом,  был убит ведьмой

Мартин вытащил из кармана диктофон, включил и положил на стол. Руфус говорил, выжимая из себя слова с трудом и омерзением; с каждым словом в его голосе все больше звучала растерянность, будто он сам не понимал, как мог по доброй воле совершить то, что совершил:

 он был обнаружен нами, мной и подчиненным, на столе в кухне арендованной квартиры, его грудь рассечена, сердце изъято и частично помещено в ротовую полость. С момента смерти прошло не менее трех суток. Задержать ведьму по горячим следам не представлялось возможным. Я счел оправданным не предавать этот случай огласке чтобы не способствовать паническим настроениям. Учитывая, что ведьма давно покинула провинцию по моим расчетам И огласка не имела бы положительного эффекта Я не стал докладывать в Вижну о происшествии. По официальной версии, Иржи Бор умер от сердечного приступа.

Он замолчал. Мартин выждал паузу:

 Что-то еще хотите добавить?

 Все,  мертвым голосом сказал Руфус.

Мартин выключил диктофон:

 Не под запись. Можете объяснить зачем?! Такой опытный человек, как вы

 Ты не поймешь,  Руфус разглядывал столешницу.

 Что мне помешает?

Руфус поднял взгляд, будто камень, и посмотрел на Мартина через стол с тоской:

 Один рождается с серебряной ложкой во рту по факту рождения получает все Статус, деньги, свободу, возможности преференции Пост куратора округа Одница в двадцать семь лет А другой тяжело работает с детства, пробивается сквозь жизнь, как сквозь застывший бетон с чугунными гирями на ногах голодает в юности, чтобы покупать книги изнашивается, стареет, зубами выгрызает успех Получает какое-то признание Но судьба издевается, подсовывая безнадежное дело и единственная попытка обмануть судьбу заканчивается вот так.

 Вы не судьбу пытались обмануть,  сказал Мартин.  Вы пытались обмануть Инквизицию.

 Радуйся,  пробормотал Руфус, отводя взгляд.  Смотри, торжествуй: человек рвал жилы всю жизнь, чтобы оказаться накануне пенсии выброшенным. За бортом. На дне. Работать курьером, если возьмут пиццу разносить

 Зачем же так мрачно?  Мартин приподнял уголки губ.  В тюрьме кормят бесплатно. А когда выйдете, как раз и пенсия подоспеет.

Руфус вскинул на него ошеломленные глаза:

 И где же здесь уголовный состав?!

 Соучастие,  Мартин невинно улыбнулся.  После Иржи Бора она убила еще двух инквизиторов в Однице. А вы соучастник, вы скрыли ее преступление. Можете доказать, что бескорыстно?

 Какой же ты ублюдок,  с болью прошептал Руфус.

За несколько секунд он вылинял, как тряпка, брошенная в чан с отбеливателем. Глаза сделались совсем крохотными и подернулись дымкой.

 Я пошутил,  сказал Мартин после паузы.  Предъявлять вам соучастие значит сводить личные счеты. Я не стану.

Руфус близоруко моргнул. Перевел дыхание:

 Издеваешься

 Вижу, что неудачная шутка.  Мартин пожал плечами.  Извините.

 «Не стану»,  пробормотал Руфус, кончиками пальцев вытирая уголки слезящихся глаз.  Можешь себе позволить. Быть каким угодно добрым, великодушным уважать себя ценить себя Никогда ни в чем себе не отказывал никогда не выбирал, пообедать или починить ботинки