— …может нехорошо получиться. — как ни в чем не бывало закончил Оттавиус и покачал головой, — Нет, нет и еще раз нет! Это никакие не расходняки, а вовсе даже наши дорогие гости! Любезные стражи расследуют похищение Снежка. — пояснил он собрату, который фырнул и отправился дальше, по своим делам. — Старайтесь не отставать. — посоветовал он стражникам продолжая путь. Однако, после слов жадного до расходняков мага, он мог и не напоминать — теперь стражей нельзя было отогнать от него ничем.
— Что то мне расхотелось осматриваться тут. — шепотом признался Добору Монк, поспешая за молодым волшебником и тот нервно кивнул. Похоже с днем открытых дверей в башнях магов и его последствиями он слегка погорячился. И уж если такой организуют, он на него точно не придет…
Помещение где содержали виверну оказалось весьма обширным и хорошо освещенным. Тут имелась и здоровенная клетка — чем то неуловимо напоминавшая клетку для попугайчиков, даже гигантская жердочка имелась — приличных размеров лохань, набитая частями туш животных и небольшое озерцо с водой. Чья-то любящая рука расписала стены и потолок помещения одним большим пейзажем, превратив стены в изумрудное поле с редкими деревьями, а потолок в облачное небо с которого зрителям улыбалось желтое солнышко. Причем художник был явно поклонником того же стиля, что и сержант Торп. Иллюзию свободы портили только небольшие оконца — служившие единственным источником света в башне. Причем снаружи у башни никаких окон видно не было, а вот внутри их было очень даже много! Конкретно сейчас Добор любовался через них закатом над крышами Вольха — причем сразу через два и находящихся на противоположных концах комнаты… Прутья у клетки были целы, а единственный вход в помещение явно предназначался для людей и никакой, даже самый дрищавый дракон, каким виверна явно не могла быть, при такой кормежке, в него явно бы не пролез. Абсолютно целые стены, также наводили на стражников тоску и разочарование:
— У меня складывается неприятное чувство, что в деле замешан маг. — после тщательного осмотра улик, заметил Лонг.
— Я тоже так подумал! — обрадованно закивал Оттавиус, — У вас уже есть подозреваемые?
— Нет. — твердо решил Лонг. Ему отчего то нестерпимо хотелось жить…
— Здесь все ясно. — заявил Добор, поковырявшись в чане с кормом виверны. Из знакомых частей животных, он узнал рога, копыта и когти… После того как он разглядел часть неприятно похожую на руку, его интерес к содержимому кормушки стремительно угас. — Улик нет и мы должны продолжить поиски в городе. Срочно. — после увиденного Добора слегка подташнивало.
Напарники выразили однозначное согласие с его выводами. Почему то, каждый из стражей ожидал увидеть в башне нечто волшебное, нечто радужное, связанное с единорогами и возможно с бабочками… Но действительность оказалась слишком уж жестокой.
— Хорошо, давайте я вас провожу. — несколько разочарованно отозвался Оттавиус, — Отыщите пожалуйста Снежка… Бедняга наверняка испуган, ему плохо. — попросил маг стражников. Весь обратный путь их сопровождали чьи то крики и неприятный грохот, разбавляемый сверканием молний, из одного из проходов, заставляя непроизвольно вздрагивать. Бросаемые алчные взгляды редких встречаемых на пути магов, так же спокойствия в стражников не вселяли, поэтому они только потрясенно покосились на Оттавиуса, но утвердительно закивали, лишь Добор слегка растерянно спросил:
— А как вы её, того. Назад?..
— Что? — заинтересовался маг.
— Ничего. — твердо решил Добор и стражники с облегчением вывалились на свежий воздух.
— Если что то понадобится, непременно приходите! — приветливо попрощался молодой маг, закрывая стены.
Вокруг уже темнело. Кажется стражники провели в башне гораздо больше времени, чем рассчитывали, однако теперь темнота не так уж и пугала:
— Если что то понадобится, мы уж как-нибудь сами. — мрачно и решительно, но шепотом проговорил Лонг, направляясь обратно в штаб. У напарников было неприятное ощущение, что только что они выбрались из очень нехорошей передряги.
— Какие наши дальнейшие действия? — мрачно спросил Монг у брата.
— Забыть все что мы увидели и как следует отоспаться. — предложил Лонг отличный план, — Ну и помолиться не мешает. Да. Не помешает. Ну, а завтра… Завтра будет завтра. — закончил он народной мудростью.
До штаба напарники добрались без происшествий и сразу же разошлись по своим делам. Лично Добор направился в часовню — пусть у него и не самые лучшие в мире покровители, но неотзывчивыми их точно нельзя было назвать. А стихи Есенина еще никому и никогда не вредили! Кроме самого Есенина…
Глава 2.
Проснулся Макс от интересного ощущения, что в постели он не один. Он абсолютно точно вспомнил как запер дверь на все засовы, подпер палочкой… Так что… Он приоткрыл один глаз и уставился на терпеливо ожидающую его пробуждения девушку, лежащую рядом. Где то он уже её видел…
Оказалось, что ожидала девушка не так уж и терпеливо — явно не заметив, что он уже пробудился, девушка слегка его ущипнула и снова приняла горделивую, царственную позу человека, который никуда не торопится… Хотя человеком то она и не была. Макс её узнал! Именно она пыталась чего то на него поставить, когда они охотились на оборотня, а потом затеяла драку со своей… вроде бы сестрой.
Тем временем девушка явно решила перейти к тяжелой артилерии и достав здоровенную и очень острую на вид спицу, предвкушающе высунула кончик язычка:
— Я проснулся! Проснулся! — всполошился Добор, — Приветствую тебя о… эээ… Прекрасная Ариана? Прости, что в трусах — не ждал гостей.
— Рада видеть, что ты наконец то пробудился смертный… — с царственной ленцой произнесла богиня, — Я не хотела тебя будить в столь ранний час, хотя дело и не терпит отлагательств… Понимаешь… Я беременна.
— Ну… эээ… поздравляю. — осторожно ответил Добор. — Вообще, меня конечно уведомлять было не обязательно, но я тронут. Искренне поздравляю! Обязательно прочту вам что-нибудь по такому случаю и пожертвую… пеленки там… Попозже.
— Ребенок твой. — целомудренно опустив глазки, ошарашила его богиня. Полежав в позе невинной скромницы где-то минуту и не дождавшись ответной реакции, богиня подняла на смертного сузившиеся от раздражения глаза, которые тут же их испуганно расширились — смертный как раз начинал синеть от недостатка воздуха, — Ну-ну! Вдох-выдох, вдох-выдох! — вскочив с кровати богиня захлопала Добора по щекам.
— Как мой?! — ошалело вопросил Добор, отдышавшись, — Мы же даже ни разу с тобой…
— Непорочное зачатие. — деловито пояснила богиня присев на краешек кровати, — И сразу тебе говорю — веру придется сменить. На меня. Я не позволю, чтобы наш малыш воспитывался в ереси! — возмущенно прошипела она и протянула ладонь ко лбу Добора, отчего тот невыносимо защипало как будто с черепушки начали снимать кожу. Приглушенно заорав, Добор попытался отпрыгнуть в сторону, однако хрупкая блондинка с нечеловеческой силой подмяла его под себя, продолжив делать что то крайне болезненное с его единственным лбом.
Боль нарастала и Добор заизвивался изо всех сил, одновременно ища пути к спасению, когда заметил как прямо через стену, пританцовывая и что то мурлыча под нос проходит знакомая фигура. Увидев, что Добор с девушкой, фигура одобрительно прошептала, нечто вроде: "Пардоньте!" и уже собиралась покинуть помещение, когда разглядела все подробности взаимоотношений сцепившейся пары:
— Так! А ну стоп! Стоп я сказал!! — возмущенно выкрикнул Тартус, буквально отдирая Ариану от Добора. Секунду-другую та пыталась отметелить и бога, но поняв что силы неравны и Тартус гораздо сильнее, обвисла в его руках, горько разрыдавшись: