Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Каурый старенький Дормидонт последнее, что осталось, и требовалось принять срочные меры. План созрел в голове давно, оставалось лишь выбрать из нескольких возможностей да решиться.
Дочке скажет, что услышал про болезнь бабушки, спешил, но, к сожалению, не успел. Лада, конечно, все поймет, она прекрасно разбирается и в пирожках, и в смертях, и в причинах, и в следствиях. И что же? Куда ей деваться? Примет как должное. А время все расставит по местам и докажет, кто был прав.
Резко натянутые поводья заставили Дормидонта встать на дыбы и едва не опрокинули. На полянке над бездыханным девичьим телом навис незнакомец в доспехах. Коня поблизости не видать, значит, это не драконов гридень, те пешком не ходят. Кстати, и в одиночку они стараются не передвигаться люди власть уважают, но слуг этой власти почему-то на дух не переносят, оттого время от времени и пропадают посланцы дракона бесследно.
Тогда кто же это? Странствующий витязь, что дал обет помощи страждущим? Тоже должен быть конным. И поведение не соответствует: обязан бы помогать, а не наоборот. Скорее всего тать лесной. Хорошо, что один, иначе Даниле несдобровать.
Сердце сдавило и едва не остановилось: девочка была в красной шапочке.
Тать еще только оборачивался, когда Данила выхватил из-за голенища нож и прыгнул.
Незнакомец не ожидал нападения. Он вообще не обращал внимания на подъезжавшего всадника весь сосредоточился на распластанной жертве. Меч оставался в ножнах, щит валялся в траве, на поворачивавшемся безбородом лице застыли вопрос и удивление.
До цели оставалось где-то с локоть, когда противник среагировал на опасность. Он провернулся, откинулся спиной на траву, поднятая нога попала летевшему сверху Даниле в живот и перекинула по воздуху, отправив в полет к ближайшему дубу. Встреча головы и ствола ознаменовалась искрами в глазах и полной свободой сознания.
Когда хоровод цветных точек сошелся в одну, в ней оказалось направленное в лицо острие меча.
Данила вспылил:
Ты что с девкой сотворил, нелюдь?!
Говорить таким тоном, лежа безоружным перед противником, было опасно, но как еще говорить с убийвцем-насильником?!
Ничего не творил. Шел по лесу, гляжу валяется. Именно в таком виде. Нагнулся посмотреть, чем ей помочь, а тут ты с коня прыгаешь. За разбойника меня принял?
Данила пошарил рукой в траве. Ни камня, ни палки. Незнакомец заметил, и резкий холод клинка уперся Даниле в горло:
Не дури, говорю же я ни при чем. Успокоился? Меня Егорием кличут, суженую свою ищу. А ты кто?
Данила-мастер из Вторых Погорелок. По делам к морю еду.
Острие отодвинулось от шеи.
Ты меня не убьешь? спросил Данила.
А есть за что?
Данила поднялся, в глаза бросилась корзинка.
Пустая. Подарок теще не дошел до назначения.
Прости, тороплюсь. Взгляд коснулся лежавшего на земле тела. Безжизненное лицо дочки застыло в страшной гримасе, из оскалившегося рта текла серая пена. Ты тут как-нибудь сам, ага?
Уже не помочь. Бедная глупая Улька. Как была непослушной дурой, так и померла. Точнее, от того и померла. Потому что старших не слушала. Дети, ну хоть иногда слушайте родителей, они же на вашей стороне и плохого не посоветуют.
Данила вскочил на коня, круто развернул его и помчал в обратную сторону. Егорий мужик хороший, он всего лишь хотел помочь Ульке. Данила вспомнил разговоры про отважного витязя, что помогал слабым и всегда держал слово. Его прозвали Егорием Храбрым, а встречу с ним считали хорошей приметой. Егорий Ульку и похоронит. А Даниле теперь нужно бежать.
Есть другой выход. Убить Егория и все свалить на него.
Отличный план. Но невыполнимый, как все до единого планы Данилы. С Егорием в прямой схватке не справиться, Данила проиграл, даже когда со спины прыгнул. И что такое нож против меча и доспехов?
Есть другой выход. Убить Егория и все свалить на него.
Отличный план. Но невыполнимый, как все до единого планы Данилы. С Егорием в прямой схватке не справиться, Данила проиграл, даже когда со спины прыгнул. И что такое нож против меча и доспехов?
Остается одно бежать.
Встает вопрос: куда? От того, кто родственницу пытался на тот свет отправить и собственными руками дочь погубил, даже братья отвернутся. Наняться батраком? Гребцом на корабль? Лучше уж к Будимирычу податься, там и слава, и окружающие глядят со страхом и уважением, и мошну можно за день набить так, что другому за год не нагорбатить.
Жаль, у Будимирыча сейчас неприятности, опять прижали его шайку-лейку, слухи про облавы даже сюда доходят.
А если придумать неизвестного убивца-насильника и свалить на него? Мало ли, кто по лесам шастает. Целую историю сочинить можно: застиг, мол, супостата на месте преступления, бился насмерть, но не одолел и едва ноги унес. А дочку не уберег
А если дойдет до разбирательства? Труп покажет, что скончалась Улька не от ножа или побоев, а пирожки пек Данила. Выходит, лучше молчать, нет трупа нет проблемы. Кстати, можно заявить, что вообще неизвестно, куда она подевалась. Сбежала из дома. Даже поискать можно для виду.
Все бы хорошо, но Егорий жив и здоров, и если некстати объявится Слово Данилы против слова Егория кому поверят? Егорий личность известная, от него грязь как от масляной сковородки отваливается, и чтобы запачкать, нужно потрудиться. То есть дело это не то, чтобы невозможное, но требуются время и желание, а там, где человек не справится, помогут боги. Из двух необходимых частей желания и времени первое у Данилы превосходило все мыслимые границы, но второе своим отсутствием напрочь перечеркивало первое.