Кроме того, после того, как Ивану удалось передать все разнообразие основных и побочных эффектов Полосатого Бума, вся нервозность и пугливость как кирпич на резинке, моментально вернулись к чародею. И он строго-настрого запретил Ивану не только разжигать, но даже и думать о костре.
К утру стало так холодно, что ни есть, ни спать особенно уже не хотелось, и поэтому спутники просто грели руки своим дыханием и тихим шепотом перепирались о том, о сем.
Царевич чувствовал, что его новый знакомец что-то недоговаривает, и это ощущение, словно кнопка в сапоге, не давало ему покоя даже во время отдыха. Это что-то может оказаться пустяком, не стоящим внимания, или, наоборот, тем краеугольным камнем, на котором с комфортом сможет расположиться вся его теория о внезапных и ничем не объяснимых нападениях таинственных людей в черном - слуг какого-то Короля Хрящей… ах, да - Царя Костей - повелителя княжества настолько старого и настолько маленького, что он вообще был удивлен, что оно до сих пор существует на карте их мира. И не только, судя по всему, существует, но и набрасывается на честных путников без какого-либо повода с их стороны в сотнях километров от своих границ.
Нет, что-то тут неладно…
— А послушай, Агафон, - Иван решил все-таки спросить мага о враждебно настроенных неизвестных еще раз.
— Тс-с-с!!!… Говори потише!
— Да я и так шепчу себе под нос! Чего ты боишься! Вокруг нас нет ни одной живой души!
В предрассветной тьме рядом с Иваном испуганно проявилось белое пятно с черными провалами широко распахнутых глаз и пахнуло ужасом.
Но лукоморец рассеянно не обратил внимания на такую странную реакцию на самое безобидное замечание.
— Как ты думаешь - почему эти… умруны… напали на нас? - продолжал он. - И не просто напали - они выслеживали нас и преследовали нас?
— Не знаю, - ответ мага не страдал разнообразием. И даже такой покладистый, готовый поверить первому встречному человек, как Иванушка, мог почувствовать, что и правдивостью он не отличался тоже.
Это понимал и Агафон, и поэтому, немного помолчав и поразмыслив, он добавил:
— Но каковы бы ни были их причины, ты можешь считать себя в безопасности.
— Почему это? Вид у них был не особенно дружелюбный. И намерения, насколько я мог понять, тоже.
— Они тебе не причинят вреда, - неохотно повторил Агафон.
— Ты имеешь в виду, что они охотятся за тобой? - осенило вдруг Иванушку.
Чародей помялся, но делать было нечего. Сосульку за пазухой не утаишь.
— Д-да. За мной. Но я бы не назвал это "охотиться". Они… просто… хотят пригласить меня… в гости. Да. Так. В гости. А я туда не хочу.
— Куда? - непонимающе нахмурился Иван. - К кому?
— В эти гости. К Царю Костей. Но он умеет посылать приглашения…
— Зачем? Тебе угрожает опасность? Не бойся - я смогу… постараюсь защитить тебя!
Он не имеет права!..
— Имеет, - вздохнул Агафон и поежился. Иванушка мог бы поклясться, что к высоте ртутного столбика термометра этот жест не имеет ни малейшего отношения.
— Он мой дед.
— Дед?.. Значит, получается, ты тоже царевич?
— Д-да нет… Не так, чтобы очень… Вернее, совсем нет… Видишь ли, Иван, это старая запутанная семейная история, и я не хотел бы ее вспоминать лишний раз.
Без необходимости. Ты, наверное, слышал выражение "скелет в шкафу"? Так вот, у моего деда шкаф - это, наверное, единственное место в замке, где таких скелетов НЕТ. И если я скажу тебе, что мой дед - самая главная причина того, что я оказался в этой разнесчастной школе, и того, что я боюсь, что меня выгонят оттуда раньше времени, то это будет в сто раз больше, чем я вообще собирался сказать кому-либо когда-либо.
Волшебник помолчал, ожидая, видимо, реакции со стороны Ивана, но не дождался, и продолжил:
— Похоже, что он уже узнал о моем последнем провале.