Ждать пока бар-лгур доберётся до меня и задавит массой, я не стал, а подпрыгнул, расправляя крылья, и начал набирать высоту под аккомпанемент рёва взбешённых танар’ри. Сейчас мне нужно выбить двоих руттеркинов, а потом уже заняться самым сильным противником. Иначе, бой может затянуться или эта троица возьмет меня в тиски и задавит числом и опытом. Например, пока буду уворачиваться от крайне опасных атак бар-лгура, его более слабые товарищи смогут меня подловить.
Спикировав на одного из руттеркинов, я пропитал меч собственной силой и метнул в демона. Тот смог отбить импровизированный снаряд, но от меня самого уже не увернулся. Рухнув на танар’ри всем своим весом, я с удовлетворением ощутил его боль, сопровождаемую хрустом ломающихся костей и глухим полурыком-полустоном.
В следующее мгновением мне пришлось сделать рывок в сторону и вновь подпрыгнуть, расправляя крылья и набирая высоту. Второй руттеркин едва не зацепил меня своим оружием — рогатиной с широкими волнистыми лезвиями. Уже в полёте я притянул телекинезом свой меч и начал кружить над моими противниками, прикидывая возможные варианты действий. И, по всей видимости, расслабился. Мне едва удалось увернуться разряда чёрной молнии, который вылетел из рогатины руттеркина. Алрой оставим танар’ри артефактное оружие!
Ярость, вызванная осознанием этой подлянки со стороны ушастого мага, мгновенно нахлынула на меня, заставляя броситься в атаку. С рёвом я спикировал на атаковавшего меня магией демона. В последний момент он успел направить клинок своего оружия в мою сторону…
Почти сразу время для меня замедлилось. Преодолевая сопротивление воздуха и лап противника, я едва смог увести своим мечом клинок рогатины в сторону, а затем всем весом упал на руттеркина. Тут же мне пришлось ударить выдвинутыми на всю длину когтями по глазам демона и уйти в кувырок, выходя из под удара мощных лап бар-лгура, успевшего добраться до нас.
Передвигался этот гигант громадными прыжками, каждый раз преодолевая десять-двеннадцать метров. Этот раз не стал исключением. Демон попытался подловить меня в схватке с руттеркина, но под удар его когтистых лап попал лишь мой противник. Ещё в прыжке я услышал хруст и хлюп, ставшие для моих ушей музыкой, а затем пришло ощущение чужой боли, сменившей ярость танар’ри, что источал низший всё это время. Как приятно!
Всё! Теперь я остался один на один с впавшим в бешенство гигантом. Впрочем… Гигантом ли? Трёхметровый танар’ри действительно был массивным, тяжёлым и сильным противником. С другой стороны… Во мне уже давно больше двух метров роста. Да и силёнок хватает для того, чтобы когтями рвать стальные двухслойные кольчуги ушастых и их гомункулов. По сути, для смертного мой противник действительно опасен. Магия на него действует слабо, да и то лишь заклятия четвёртого круга и выше. Они уже рассчитаны на противников в сильной аурой и неплохой защитой от магических атак. А физически эта махина задавит даже средневекового рыцаря в полном облачении и на тяжелом боевом коне.
Однако, я не хуже. Во мне уже давно больше полутора центнеров, а рост превысил любые нормы не то что здешних жителей, но и людей. Смертные для меня теперь на один удар, даже если облачены в «готику».
Действуя на пределе своей скорости, я вскочил на ноги и, дополнительно пропитав меч своей силой, ударил по пальцам противника, не успевшего убрать лапы с трупа руттеркина. Почти сразу раздался рёв, а мой враг попятился, схватившись за брызгающие темной густой кровью обрубки.
Не давая ему вернуть себе инициативу, я метнулся к танар’ри, выписывая клинком восьмёрки, не забывая щедро вливать в оружие силу. С каждым взмахом меча ярость во мне разгоралась со всё большей силой. Воздух быстро превращался в кисель, а руки и плечи моего противника покрывались всё более глубокими ранами. Бар-лгур же пятился, стараясь подставлять под удары уже пострадавшую руку.
В какой-то момент танар’ри перестал пятиться и ломанулся ко мне, дико ревя. Уйти от него я не успевал, а потому и сам бросился к нему, выставив меч перед собой на подобие копья. При столкновении его рукоять вырвало ударом из моей руки. Впрочем, смысла цепляться за оружие уже не было. Я принялся рвать танар’ри когтями, вливая в них всю имеющуюся силу и злость, стараясь действовать на пределе скорости. Бар-лгур в долгу не оставался. Демону удалось повредить моё правое крыло и порвать чешую на правом же плече, после чего он попытался ударить сверху лапой с целыми пальцами.
Увидев это, я нырнул под его руку и впился когтями в подмышку, вызвав новый рык противника, а затем, вцепившись в шерсть, полез вверх — к морде. Сейчас важно его ослепить, а потом уже добить. Если этого не сделать, то он всё же задавит меня массой…
Мой замысел почти удался. У меня получилось добраться когтями до глаз танари, но он успел схватить меня за левое крыло, сломав и его, и сорвать с себя. В следующее мгновение моё лицо оказалось перед пастью бар-лгура, полной острейших зубов и клыков. Не задумываясь, я выставил перед собой правую ладонь и произнёс слово-активатор самого сильного из доступных мне заклинаний:
— Fruuze!
С ладони тут же сорваплось белёсое облако, попавшее в раскрытую пасть моего противника. Танар’ри мгновенно отпустил моё крыло, и схватился за горло. Я же вновь принялся полосовать его когтями, обуреваемый яростью и жаждой убийств. В голове даже не возникло мысли вырвать из груди бар-лгура меч и использовать его по прямому назначению. Вместо этого, наполнив руки энергией до такой степени, что вокруг них появилось алое свечение, я ударил своего врага. Мне удалось проломить его рёбра и плоть, а затем схватить ещё бьющееся сердце и вырвать его.
Сделав шаг назад от замершего на месте демона, я впился зубами в свой трофей, краем глаза наблюдая за тем, как трёхметровая туша рухнула на залитый густой кровью песок полигона. Вместе с тем, отрывая зубами куски сердца демона и прожёвывая их, я с удивлением ощущал как растраченные силы возвращаются. С каждым укусом мне становилось всё легче. Боль ран отступала, а они сами на глазах затягивались!
Когда я проглотил последний кусок сердца, позади меня раздался стон. Недобитый руттеркин! Первый из них, кого мне удалось вывести из боя! Улыбка сама собой наползла на моё лицо!
— Чудесно!
Подойдя к едва живому танар’ри, я вновь выпустил когти и принялся полосовать изломанное тело, отрывая куски плоти и пожирая их. Демон не мог сопротивляться, а лишь стонал, дергая переломанными руками и ногами.
— Заканчивай развлекаться, черножопый! — раздался позади меня голос Эра.
Услышав его, я с трудом подавил в себе желание оторвать ушастому руки и ноги, а внутренности раскидать по всему полигону. Впрочем, он прав. Меня ждёт приз. Алу-финд!
— Хорошо. Его добить? — указал я рукой на изуродованного танар’ри у своих ног.
— Нет, — покачал головой Алрой, окинув оценивающим взглядом демона, — Мне он нужен самому… Как твоё состояние?
Вместо ответа я с хрустом и вырвавшимся рыком расправил крылья. Полностью они не восстановились. Переломы и рваные раны лишь перестали болеть.
— Как видишь, — фыркнул я, — Силёнок у меня маловато. А опыта и вовсе нет. Первый же относительно серьёзный бой и я больше на инвалида смахиваю.
— Один младший и пятеро низших… При этом, ты был один, — усмехнулся Алрой, покачав головой, — Для комбиона-переростка — вполне себе солидно. Обычно, они не отличаются особыми силами или могучей магией. Разве что бароны или маркизы, но там одним из родителей должен быть кто-то из истинных танар’ри. А чтобы подобные демоны оставили смертную женщину в живых… Это должно быть невероятное везение.
— А для мага твоего уровня — на один взмах рукой, — не выдержал я, — А для матёрого демона, способного расправиться с магом твоего уровня — считанные секунды. Меня же потрепали. Если бы я не применил в самом начале боя заклятие молний, то и дретчи бы смогли внести свою лепту.
— Не всё так печально, как тебе кажется, — отмахнулся Алрой, — Дретчи были считай новорожденными. Вчерашние «просители» по меркам Бездны. Им и пятидесяти не было, судя по аурам. А вот руттеркины и бар-лгур имели за спиной по сотне лет жизни в Бездне. Это весомо, если учесть, что они в любом сражении имеют не слишком много шансов уцелеть.
— Хочешь сказать, что я чего-то стою? — фыркнул я, — Смешно.
— Значит, будешь тренироваться больше, — отчеканил металлическим голосом маг, — А потом я приволоку тебе ещё парочку таких же тварей и ты с ними тут «потанцуешь».