— Меня называли по-разному. И засранец входит в этот список.
Однажды я собиралась прямо-таки подумать об убийстве Диня. И у меня было много причин вести себя так, будто пришло время «Очистить», когда дело касалось его. Начиная с того, что до недавнего времени я думала, что Динь — размером с куклу Кена. Именно такого проклятого брауни я нашла на кладбище Сент-Луиса № 1, страдающего от перелома ноги и разрыва хрупких, тонких крыльев. Он был около фута ростом, если не больше.
Я сделала ему скобу из палочек от мороженого и вернула к жизни маленького засранца, хотя укрывательство любого существа из Иного мира привело бы меня к смерти. Я до сих пор не знаю, почему спасла его. Мне было так жаль его, но, может быть, та часть меня, которая была Фейри, взяла на себя заботу о другом существе из Иного мира. Кто знает? И как он отблагодарил меня за это? Потратил мои деньги на странное, случайное дерьмо, которое он заказывал на «Амазоне», скрыл от меня, что я Полукровка, и забыл упомянуть, что он выбрал только двенадцать дюймов в высоту. Тот Динь, на самом деле, был очень, очень высоким.
И абсолютно анатомически правильным.
Меня не смущало видеть Динь размером, потому что я никогда не думала о Динь в этом смысле. Он не только видел меня в трусах сотни раз, когда был миниатюрного размера, теперь Динь был намного больше, и…
И еще взрослый Динь был… Горячим.
От этого осознания меня слегка затошнило, но это была правда. Когда он был маленьким, у него было такое милое, красивое личико, и он был просто Динь, а теперь, когда он стал совсем большим, у этого милого личика появились широкие скулы, и его тело было накаченным и…
Да.
Я скривила лицо. При виде Диня в таком виде, у меня до сих пор путались мысли, но, думаю, в конце концов, он все еще был тем Динем, и, хотя я хотела часто отправить его в Иной Мир, я вроде как… Я не знаю… Любила его.
Не то чтобы я когда-нибудь говорила ему об этом.
Волосы у Диня были такие светлые, что казались почти белыми, и сегодня они были подстрижены. На нем были джинсы и футболка. Должно быть, он схватил одно из полотенец по пути сюда, потому что держал его в свободной руке. Я взглянула на дно слинга, где лежал свернувшийся маленький комочек. Он носил Диксона — своего нового котенка в слинге, который, я была уверена, был предназначен для человеческих детей.
Минуточку.
Я подозрительно посмотрела на Динь.
— На тебе рубашка Рена?
— Да. Думаю, что это мило. Помоги нам сблизиться, чтобы мы были как братья от разных матерей.
— Уф. Сомнительно. — Рен мог взорваться от этого. — Это немного странно.
— Почему? Девушки всегда делятся одеждой.
— Да, ключевое слово «делятся», Динь. Ты взял его рубашку. — Не могу поверить, что должна это объяснять. — Это полотенце для меня?
— Да, у тебя такой вид, словно ты купалась в болоте. — Он бросил его в меня. — Но ты больше не выглядишь так, будто у тебя лопнуло глазное яблоко.
— Спасибо, — пробормотала я, вытирая лицо полотенцем. Когда я сбежала из особняка, один из приспешников Принца пытался задушить во мне вечную любовь к жизни. Во время схватки у меня лопнул кровеносный сосуд в глазу. Думать об этом было так же отвратительно, как и смотреть на это.
Однако доблесть, фаворит Принца, был уже в прошлом. Рен убрал его. Это был один из древних, о котором нам не нужно больше беспокоиться.
— Не могу поверить, что ты снова в спортзале, — продолжал Динь, отступая в сторону. — Почему ты здесь так много бегаешь? Ты готовишься к надвигающемуся зомби-апокалипсису, о котором я ничего не знаю? Потому что, если это так, нам нужно найти деревенщину, чтобы стать лучшими друзьями с тем, кто привык к тяжелой и грязной работе. Знаешь, с тем, что, вероятно, пахнет мужским потом, с таким сложным эмоциональным фоном, который заставляет тебя сначала ненавидеть его, но постепенно, со временем, ты начинаешь любить его.
Я уставилась на Диня.
— Ты много думаешь об этом.
— Я знаю. Мне нравится быть готовым. Раз уж мы на юге, то найти его будет несложно. Итак, почему ты так много занимаешься в спортзале? — спросил Динь, не сбиваясь с ритма.
— А что мне еще остается делать? — Я обернула полотенце вокруг шеи, наблюдая, как маленький комочек на дне слинга начинает двигаться.
— Я не знаю. — Динь похлопал по внешней стороне слинга и в ответ услышал приглушенное мяуканье. — Ты могла бы провести время с некоторыми из здешних. Они довольно крутые.
— Ты думаешь, что они крутые, потому что боготворят тебя?
Его улыбка была такой широкой, что могла бы разбить ему лицо.
— Ну да, это так. Они умные.