***
Деревня, в которой жили бабушка Маша и дедушка Коля, находилась в двух часах езды от города. Небольшой домик, десять кур, два кота и один добродушный пес. Я стабильно проводила здесь 2 недели каждое лето, отдыхая от суеты и людей.
Дом, как всегда, встретил запахом детства: сушеные травы и мед. Большая веранда вела на кухню, а оттуда уже в две спальные комнаты.
Наш приезд остался незамеченным. Дедушка спокойно читал газету, сидя в любимом кресле-качалке, при этом довольно громко играло радио.
— Деда! — крикнула я, заходя в комнату.
— Приехали! Мы уже заждались! Дай-ка посмотрю на внука, — дедушка резво пошел приветствовать Марка. — Глаза-то! Наш, точно наш.
— А где бабушка?
— Да на огороде копается, как вошь. Зови скорей, обедать будем!
И вот уже вся семья вместе. Было приятно наблюдать, как Марк постепенно осваивается в кругу уже своих родных. Я умилялась его первоначальной растерянности, ведь бабушки и дедушки — это совершенно отдельная категория людей.
Первый день прошел очень интенсивно. Мы ели, разговаривали, обходили территорию, обустраивались.
Разместили нас в малой спальне, там была одна небольшая кровать, рядом с которой положили большой надувной матрас.
— Ты, как мужик, уступишь даме койку, — давал наставления дедушка.
— Вот, если замерзните, одеяла теплые, в шкафу есть еще простыни и подушки, — в то же время причитала бабушка.
— Бабуль, я все знаю, не первый раз же.
— Ну отдыхайте тогда! — с этими словами нас оставили.
— Чем займемся? — спросил Марк, развалившись на моей кровати.
— Я так хочу спать, если честно, — сделала я жалобное лицо.
— Рано, — в меня полетела подушка. Ах так! Я тут же схватила прилетевший снаряд и придавтила им мужчину к кровати. В результате мы кубарем полетели на матрас. Марк накрыл меня с головой простыней и сам навалился сверху.
— Попалась!
— Это был неравный бой! Пусти, — смеясь, поросила я.
Мгновение, и я на свободе. Глубокий вздох, и мои губы ощущают тепло. Даже не сразу поняла, что меня целуют, так как это последнее, чего можно было ожидать. Аккуратные, почти невесомые движения рта. Его. Потому что я замерла, боюсь даже дышать. Никакого трепета, волнения, желания — только нарастающая паника. Как реагировать? Что делать? Почему это вообще происходит?
Марк отстранился и заглянул мне в глаза.
— Извини, — потерянно шепчет он, освобождая от своего веса.
Я потихоньку выбираюсь из мешанины одеял и простыней и иду к своей сумке, чтобы достать пижаму.
— Давай поговорим, — предлагает Марк.
— Не сегодня…пожалуйста, — и, не дождавшись ответа, ухожу переодеваться.
Сильно медлить не стала, ведь глупо сидеть на верандне в надежде, что Марк уснет. Поэтому, кое-как приведя сбившиеся дыхание в норму, вернулась назад. Мужчина уже подготовился ко сну.
Тихое "спокойной ночи", и комната погружается в темноту. Быстро забираюсь под одеяло со стойким намерением подумать обо всем завтра.
— Мила, — совсем близко раздается шепот. Марк сел, и теперь наши лица находились на одном уровне.
— Только скажи, и мы все забудем.