Кругом творилась неразбериха, на мне оказался чей-то пиджак, все кричали и бегали. Единственное, что удалось зафиксировать — это мысль о спасении.
Наверно, со мной пытались говорить, но в голову будто напихали ваты, поэтому суть слов никак не удавалось уловить. И каждое прикосновение заставляло судорожно взрагивать и тут же нападать, поэтому в машину меня усадили с трудом. Через некоторе время я начала безостановочно радать. Громко, с надрывом. Очнулась только, когда дверь распахнулась, являя взгляду человека в белом халате. За его спиной разглядела здание. Получается, мозг даже не воспринял движение машины.
Повернула голову вбок и сквозь пелену слез разглядела Григория. Он напряженно всматривался в мое лицо, ожидая хоть какой-то реакции.
— Спасибо, — всхлипнула я и бросилась к нему на шею. — Ты меня не бросил.
— Естественно. Какие еще могут быть варианты, — уверенно заявил мужчина, мягко поглаживая меня по спине. — Пойдем, тебя надо показать врачу.
— Что с Петром? — для начала захотела узнать я.
— Сотрясение, перелом. Его сразу привезли сюда.
Я облегченно вздохнула, никто из нас сильно не пострадал.
Меня укрыли пледом, и через черный ход повели в больницу.
Ничего особенного не обнаружили, только ссадины и ушибы, но на ночь все-таки согласилась остаться.
***
В 10 часов утра Григорий лично приехал забрать меня домой. Подобная забота очень тронула и воспринималась по-особенному. Наверно, из-за того, что совсем недавно он всерьез думал убить меня. Подобные перемены не могли не радовать, как и то, что все позади. После пережитого поняла насколько необоснованны жалобы на жизнь людей, которые не сталкивались с настоящими ужасами. В моей памяти навсегда останутся воспоминания об этом кошмаре, наряду с вопросом, а если бы меня спасли чуть позже?
— Персонал думает, что вы с Петром попали в аварию, — уже возле дома сообщил мужчина, который в этот раз сам вел автомобиль.
— Это хорошо. Что будет с теми… — я не смогла закончить фразу. Людьми их вряд ли назовешь, но и произносить ругательства не хочется.
— Их устранят.
— Убьют? — шепотом уточнила я.
— Ты против?
Я задумалась. Понятное дело, во мне не было ни капли жалости. Передо мной стояла другая дилемма: достаточно ли простой смерти, или же худшим наказанием станет пожизненное заключение? Смогу ли я перестать думать о них, если они будут живы?
— Нет, не против. Но пусть помучаются, — поставила я точку в этой истории.
***
Мои наряды доставили в целости и сохранности, и первым делом я стала их разбирать. Положив перед собой платье, которое купила для бала, поняла, что украшающие тело синяки не позволят его надеть. Придется приобрести что-нибудь закрытое, а это…в другой раз.
— Аля, — в комнату заглянул Григорий. — Хотел предупредить, что сегодня вечером ко мне приедут гости. Ты можешь отдыхать, только не выходи из комнаты.
— Хорошо, не буду.
Глава 5
Я сидела в полной тишине в своей комнате и читала "Сто лет одиночества". Эту книгу мне никак не удавалось осилить, но нежелание бросать на середине заставляло стремиться дойти до последней главы; даже если смысл написанного давно был потерян.
Уже было десять часов вечера, веселье внизу скорей всего в самом разгаре, значит перед сном прогуляться по саду не получится. Но есть балкон. И сигареты.
Курить начала, как и многие, в 10-м классе, чтобы в тайне от родителей показать всем, какая я взрослая. На первом курсе бросила, но иногда во время экзаменов позволяла себе сделать несколько затяжек. А сейчас захотелось ощутить приятную умиротворенность, которую дает никотин.
Отыскала на дне сумки пачку тонких Esse и вышла из комнаты. Рывок, и я схвачена сзади. Короткий вскрик успел вылететь до того, как грубая мужская ладонь накрыла губы. Дальше оставалось только мычать, извиваясь всем телом в попытке вырваться.
— Шшш, ничего с тобой не случится. Не бойся, — шепот в самое ухо. Голова тут же дернулась — щекотно.
Я заставила себя не двигаться, хотя после недавнего нападения готова была скатиться в истерику.