— Думайте. «Бэха» твоя красная, кстати, цела. Сохранил, — сально подмигнул он Вике на прощание.
ГЛАВА 13
— Блин, как ты это делаешь? — Агнесса, проиграв в очередной раз, стянула через голову водолазку, предоставив Гоче любоваться своими дерзкими прелестями. Играли от скуки в очко на раздевание.
— Вах! Ноги расстегни — скажу.
— Перетопчешься. Браслеты — аксессуар, элемент одежды. Чтобы их снять, ты должен мне проиграть.
— Не могу я проиграть, слюшай! Я мужчина или насрано? Ещё?
— Ещё! — она оценила комбинацию и подозрительно глянула в лицо сдающего. Вообще ситуация её забавляла. Но как он это делает, чёрт?
— Себе!
Смуглые пальцы не совершили ничего особенного — ну абсолютно ничего.
— Очко!
Агнесса, вздохнув, вылезла из стрингов и осталась в чём мать родила.
— Это дело надо обмыть! — нагло заявил Махач. Агнесса, вызывающе виляя стройными бёдрами, прошла к холодильнику и вернулась с бутылкой «Мартини».
— Так, стоп! — взгляд, брошенный за окно, заставил её метнуться к кобуре. В руке её занял своё привычное место тупорылый «кольт» 38-го калибра. Вдали, на дорожке, ведущей к крыльцу, нарисовались два всадника. Подхватив с пола свои только что скинутые трусики, она грубо запихала их в рот возмущённому грузину.
— Вякнешь — убью!
Гоча молча кивнул, поняв, что так и будет. Агнесса, ноги которой мёрзли на ледяном полу прихожей, сунула их в чьи-то подвернувшиеся башмаки, сняла флажок предохранителя и спряталась за косяк у вешалки. Вика и Красков, спешившись, направились к крыльцу.
— Как ты думаешь — он шутил насчёт шашлыка? Какой мерзкий тип…
— А леший его знает, — Антон хотел уже открыть дверь, но внезапно что-то его насторожило. Следы на крыльце — после их ухода в доме явно кто-то побывал.
— Стой здесь! — он припечатал Вику рукой к стене, а сам, достав из кобуры любезно возвращённый на прощание капитаном Сырневым ПМ, ударом ноги распахнул дверь и кувырком прокатился внутрь. Переполз в угол, замер — вроде всё тихо. Тогда, держа пистолет перед собой двумя руками, бесшумно поднялся.
— Нэ стреляй, сдаюсь! — какой-то испуганный нерусский мужик демонстративно поднял руки вверх. В правой была чугунная сковородка.
— Ты кто? — строго спросил Антон, держа неизвестного на мушке.
— Я Гоча. А это — Агнесса, — он указал широким жестом на тело голой женщины, раскинувшееся в бесстыдной позе возле косяка.
— И что вы здесь делаете?
— В карты играли, — улыбка кавказца была обезоруживающа, и Красков нехотя опустил ствол.
— Цирк! Значит, теперь это так называется? Больше тут никого нет, надеюсь?
— Мамой клянусь! — в искренности грузина трудно было усомниться.
— Гражданка Солнцева! Можете войти! — Вика влетела в комнату и замерла, пытаясь переварить представшую её взгляду картину.
— Агнессу ты сковородкой приложил? — профессионально осведомился Красков.
— Шутишь, начальник. Сама упала.
— Ясно, — вздохнул Антон. — Вор, значит. Сколько ходок?
— Много, слюшай. Пять, шесть… Какая разница? Теперь можно мне с Викторией Романовной тет на тет перетереть?