Всего за 499 руб. Купить полную версию
А люди съ почтенными бородами и въ вицъ-мундирахъ привыкли въ своихъ канцелярiяхъ составлять табели о рангахъ по возрастному признаку. Такой то прослужилъ пятнадцать лѣт — ему одинъ почетъ, другой прослужилъ двадцать пять лѣтъ — ему почетъ другой. «Выслуга летъ». Мнѣже было всего 21 годъ, и при распредѣленiи ролей объ этомъ твердо помнили. Было очевидно, что певецъ, которому сорокъ лѣтъ, имѣетъ больше «права» на ту или другую роль, чѣмъ безусый молодой парень. Основная моя работа въ театрѣсвелась, поэтому, главнымъ образомъ, къ исполненiю ролей: Судьи въ «Вертере», кн. Верейскаго въ «Дубровскомъ», Панаса въ «Ночи подъ рождество», лейтенанта Цуниги въ «Карменъ». Не долженъ артистъ пренебрегать маленькими ролями, если онѣхудожественно интересны. Но молодая сила, буйно во мнѣбродившая, томила и мучила меня въ этомъ фактическомъ бездѣйствiи. Дирекцiя же привыкла къ мысли, что я артистъ на малыя роли. Можетъ быть, это было бы еще не такъ вредно для меня, если бы время отъ времени дирекцiя вдругъ не вспоминала, что на меня возлагали надежды, и что надо какъ нибудь Шаляпину дать возможность снова попробовать свои силы. И вотъ эти именно порывы вниманiя чуть-чуть окончательно меня не погубили, какъ артиста — и въ глазахъ публики, и въ собственныхъ моихъ глазахъ. Мнѣ, дѣйствительно, черезъ нѣкоторое время поручили другую большую роль, но она не только не дала мнѣразумной возможности проявить мои способности и выдвинуться, но рѣшительно отбросила меня въ ряды молодыхъ пѣвцовъ, созданныхъ для того, чтобы пѣть въ «Карменъ» лейтенанта Цунигу. Мнѣдали сыграть роль графа Робинзона въ оперѣ«Тайный Бракъ» итальянца Чимарозы. Какъ я теперь понимаю, опера эта прелестная. Въ музыкѣЧимарозы отражены тонкое изящество и жеманная грацiя конца XVII века. «Тайный Бракъ» никакъ нельзя было давать парадно, большимъ спектаклемъ, со всей пышностью, на которую была способна Императорская сцѣна. Она требовала интимной стильной постановки и столь же особеннаго стильнаго исполненiя. Роль графа Робинзона не соотвѣтствовала ни слабому въ то время музыкальному моему развитiю, ни природнымъ моимъ тяготѣнiямъ. Не имѣли успѣха ни опера, ни я.
Я благодарю Бога за эти первые неуспѣхи. Они отрезвили меня одинъ разъ на всю жизнь. Они вышибли изъ меня самоувѣренность, которую во мнѣусердно поддерживали домашнiе поклонники. Урокъ, который я извлекъ изъ этого неуспѣха, практически сводился къ тому, что я окончательно понялъ недостаточность механической выучки той или другой роли. Какъ пуганная ворона боится куста, такъ и я сталъ бояться въ моей работѣбеззаботной торопливости и легкомысленной поспѣшности. Много разъ впослѣдствiи мнѣочень хотѣлось спѣть Руслана. Нѣсколько разъ у себя дома, бывало, уже принимался за роль, но когда приходило къ серьезному моменту: «я играю», то я каждый разъ находилъ сотни причинъ уклониться отъ нея. Я чувствовалъ, что въ этой роди что то мнѣне дается. Не могу до сихъ поръ объяснить, что именно. Я понялъ навсегда, что для того, чтобы роль уродилась здоровой, надо долго, долго проносить ее подъ сердцемъ (если не въ самомъ сердцѣ) — до тѣхъ поръ, пока она не заживетъ полной жизнью.
14
Послѣ«Секретной свадьбы» мои шансы въ Марiинскомъ театрѣсильно упали. Мнѣкажется, что начальство уже готовилось ставить крестъ на мнѣ. Ничего, дескать, изъ Шаляпина не выйдетъ. Ну, да — хорошiй голосъ, но въ серьезныхъ роляхъ или проваливается, какъ въ Русланѣи Робинзонѣ, или же что-то ужъ больно кривляется. Такъ именно говорили: «кривляюсь».
Изъ чувства справедливости долженъ сказать, что, пожалуй, доля правоты въ этомъ упрекѣбыла. Конечно, я не кривлялся. Если бы то, что они принимали за кривлянье, было имъ въ дѣйствительности, изъ меня едва ли что нибудь вышло бы.