Всего за 399 руб. Купить полную версию
— Прошу прощения. Я никому не хотела испортить настроение.
Однако, чем бы ни было это явление, я до конца дней своих не
перестану воздавать хвалу Господу.
После этих слов в помещении на некоторое время снова повисло
неловкое молчание. Радостное настроение на какой-то момент
исчезло.
— Ну когда же мы услышим о причине празднества? — спросил
Деймон, пытаясь вернуть течение беседы в более веселое русло. Он и
сам едва удерживался от того, чтобы не пуститься в рассуждения по
поводу рассказа миссис Лейси и о том, что могли означать
злоключения её дочери.
— Мы оба получили весьма щедрый грант от одного фонда, —
широко ухмыляясь объявил Грегор. — Эбба и я. Годичное путешествие
по Европе, дабы освежить наши таланты в фонтанах культуры. Музеи,
опера, соборы, роскошные ужины, французские вина. Всё это мне как-
то больше по душе, чем продовольственные талоны. Америка,
бесспорно, щедрая страна. Нефтяные компании, Конгресс, новые
Медичи. И кроме того, от нас не требуют никаких обязательств. Мне
не придется писать пейзажи с нефтяными вышками или портреты
президентов корпораций и их супруг. А Эбба не будет обязана
создавать наряды для их впервые выходящих в свет дочерей. Смею вас
заверить, что мы будем хорошими капиталистами, и не позволим им
получит прибыль на свои затраты. Одним словом, через неделю мы
убываем. Роджер, что с тобой? Ты, похоже, не рад нашему счастью?
— За вас-то я, безусловно, рад, — ответил Деймон. — Но я
надеялся, что ты взглянешь на пьесу, автора которой я представляю.
Её должны поставить осенью, и я думал, что она тебя может
заинтересовать.
— Пьеса идет без смены декораций, и в ней всего лишь два
действующих лица.
— Три, — со смехом сказал Деймон.
Удовлетворенно кивнув, Грегор продолжил:
— У Шекспира действуют тридцать, может быть, сорок
персонажей, а сцен бывает чуть ли не до двадцати.
— Шекспир не имел дел с продюсерами, банками и профсоюзами.
— Бедный Вильям, — снова кивая, воздохнул Грегор. — Какого
ценного опыта он лишился, и это бесспорно отразилось на качестве
его творений. Не так ли? Роджер, друг мой. Театр в Нью-Йорке усох
до размеров обезвоженного каштана. Его можно сравнить лишь с
уличным торговцем галстуками. Для оформления спектакля найми
плотника или специалиста по интерьерам. Опиши мне декорации, когда
пьеса будет поставлена. В это время я буду в Ла Скала наслаждаться
Волшебной флейтой. Спальни, уличные сцены, труппа из ста человек,
статуи, адское пламя. Когда тебе попадется пьеса с подходящими к
платформе поездами, храмами, дворцами, лесами, марширующими
армиями, бушующей толпой, двумя сотнями разных костюмов, то зови
нас. Америка, богатейшая страна мира, во всех своих театральных
постановках в качестве декораций используют лишь один предмет —
кушетку психиатра. А действующих лиц в пьесе всего два — доктор и
пациент. Акт первый: «Доктор, у меня проблемы». Акт второй:
«Доктор, у меня по-прежнему проблемы». Всё. Финиш.
— Ты слишком суров к своим современникам, Грегор, — со смехом
сказал Деймон. — Хорошие пьесы ещё попадаются.
— Всё это убого. Очень убого, — мрачно произнес Грегор.
— Ну хорошо, я подыщу для тебя мюзикл.
— Ну да, — сказал Грегор.