Всего за 399 руб. Купить полную версию
— Кроме этого, она пытается не упускать из виду и предметы
старины — мебель, серебро, посуду и все такое прочее — которые
могут меня заинтересовать. В прошлое воскресенье неподалеку от
Рима должна была открыться большая ярмарка антиквариата, и дочь
сказала мне, что собирается туда поехать, а после написать обо
всем, что видела и что мне по карману. Два дня тому назад от неё
пришло письмо, в котором она объясняет, почему не поехала, хотя
успела уже арендовать автомобиль.
Леди отпила немного вина с таким видом, как будто история,
которую её вынудили поведать, настолько ужасна, что, не
подкрепившись, продолжать повествование она не может.
— Проснувшись утром в воскресенье и ещё не встав с постели,
пишет дочь, она почувствовала нечто странное и непонятное. Такого
чувства неясной тревоги или даже ужаса ей ранее испытывать не
доводилось. И это без всякой на то причины. В полном вакууме, как
пишет она. Поднявшись с постели, дочь вдруг поняла, что у неё нет
сил даже для того, чтобы приготовит себе завтрак, а при мысли о
том, что ей предстоит вести машину за город, она разрыдалась. Она
была одна и чувствовала идиотизм ситуации, но унять рыдания не
могла. При этом, поверьте, у девочки глаза не на мокром месте. Она
и малышкой очень редко пускала слезу. А теперь её била дрожь, и на
то чтобы одеться, ей потребовался целый час. Это чувство не
оставляло её всё утро, а, если по правде, то и весь день.
Автомобиль в агентстве она брать не стала и до вечера просидела на
солнце в саду Виллы Боргезе, ни с кем не разговаривая и ни на кого
не глядя. С наступлением темноты девочка вернулась домой, рухнула
на постель и уснула глубоким сном. Она спала, не просыпаясь, до
девяти утра.
Миссис Лейси вздохнула, и её лицо омрачилось, как будто она
почувствовала себя виноватой в том, что не смогла утешить свою
девочку в столь трудный для той день. Попытавшись улыбнуться, леди
продолжила:
— Страхи, которые дочь испытывала прошлым днем, исчезли, и
nm`, отлично выспавшись, чувствовала себя превосходно. По дороге в
библиотеку, в которой работает, девочка взяла из почтового ящика
газету и тут же увидела кричащий заголовок. Оказывается, что в
старом деревянном доме, где открылась выставка, случился ужасный
пожар. Все двери заклинило и тридцать человек погибли в огне.
Она испустила продолжительный вздох, словно рассказ лишил её
последних сил.
На некоторое время в комнате воцарилось молчание.
— Вы верите в экстрасенсов и их предвидение, мистер Деймон? —
поинтересовался Франклин.
Мистер Франклин был добропорядочным, деловым человеком,
привыкшим иметь дело с реальными, поддающимися количественному
учету объектами. По тону, каким был задан вопрос, Деймон заключил,
что мистер Франклин не склонен придавать большого значения
рассказу дочери миссис Лейси.
— Что же, — начал Деймон (повествование дамы, как ни странно,
произвело на него впечатление более сильное, чем он мог ожидать),
— Юнг, а за ним Артур Кёстлер…
— Но они так ничего и не смогли доказать, — прервал его
Франклин.
— А что думаешь ты, Грегор?
— Я верю во все, что невозможно доказать, — заявил художник.
— А думаю я, что нам надо ещё выпить.
Пока он ходил в кухню, чтобы принести очередную бутылку
охлажденного вина, миссис Лейси сделала попытку объясниться.