Устроиться даже счетоводом не удалось ни в один из посещённых им банков. Терять время и продолжить хождение по другим банкам Глеб не стал: всё было и так ясно.
"У меня не критическая ситуация: имеется ещё две тысячи долларов в запасе. Похожу по городу, присмотрюсь, поразмышляю. С моим-то опытом да не найти способ заработать деньги? Не смешите мои тапочки!"
Долгие хождения по Нью-Йорку в течение месяца позволили ему хорошо изучить город. Теперь он в нём отлично ориентировался. Его заинтересовало одно объявление, наклеенное на окне небольшой юридической конторы: "Срочно требуется для выполнения разовой работы человек, владеющий русским языком. Оплата по договорённости."
Глеб зашёл туда, представился, и, поскольку вид у него был весьма приличный: хорошая одежда, трость, причёска, выбритое интеллигентное лицо, вызывающее доверие, его тут же провели к директору. Тот сразу перешёл к делу:
- Моё имя Джон Вуд, я директор этой юридической конторы. Через три часа у нас встреча с одним клиентом из России, но человек, который до сих пор выполнял роль переводчика с русского языка на английский и обратно - неожиданно вчера попал в больницу. Перенести встречу мы не можем, а найти переводчика за эту ночь и утро тоже не сумели. Вы способны оказать нам эту услугу? Но сначала расскажите немного о себе.
- Меня зовут Глеб Котов. Я - русский, несколько месяцев назад эмигрировал сюда из Германии, где работал старшим специалистом-бухгалтером в отделе выдачи кредитов в банке в городе Франкфурте-на-Майне. Знаю германский, английский и русский языки. В Нью-Йорке живу месяц, ищу работу, но в средствах не стеснён. Вот мой паспорт, - Глеб протянул директору документ. - Поскольку мне пришлось из-за военных действий срочно покинуть Германию, то ни рекомендательных писем, ни ещё каких-либо документов при себе не имею.
Вуд пролистал паспорт, немного подумал и сказал:
- Это даже хорошо, что Вы работали ранее бухгалтером в банке. Значит имеете представление о терминологии и некоторых юридических особенностях дел с залогом имущества, раз занимались выдачей кредитов. Мы можем предложить Вам почасовую оплату: один час работы - десять долларов. В три часа пополудни придёт клиент, а пока мой помощник ведёт Вас в курс дела и познакомит с документами. Заодно и переведёте ему несколько новых документов. Согласны?
- Да. Куда мне пройти?
Директор вызвал своего помощника, представил тому Глеба и отправил готовиться к встрече с русским клиентом.
* * *
Дело оказалось весьма запутанным, но Глеб достаточно быстро разобрался в его сути.
Русский дворянин Александр Иванович Печерский десять лет назад женился на баронессе Инессе Штраубинг из Германии. Проживали они в Москве в собственной усадьбе. Печерский был богатым человеком, Инесса - из родовитой, но разорённой войной семьи германских аристократов. У них родился сын, а потом и дочь.
Всё было хорошо, пока из Германии не пришло сообщение, что семья Инессы: отец, мать и сестра захвачена бандитами из Австрии и для её вызволения требуется внести большой выкуп. До этого Печерский постоянно помогал семье супруги деньгами, входя в их бедственное положение в связи с войной в Европе. Даже несколько лет назад предложил переехать в Москву и жить вместе до окончания военных действий. Но они не согласились: уехать из Германии означало потерять всю недвижимость, то есть полностью разориться.
Деньги на выкуп они могли получить только двумя способами: заложить имущество и под него получить кредит в банке или попросить в долг у мужа дочери - Печерского. Просить деньги в долг они не стали - и так получали от Печерского постоянно большие суммы на жизнь. Обратились через посредников в банк, где получили кредит на год под залог их недвижимости. Посредник передал деньги бандитам, и семья вернулась домой. Год подходил к концу, а денег для возврата кредита - не было.
Тогда отец семейства барон Отто Штраубинг решил обратиться к своему брату, который ещё двадцать лет назад эмигрировал в СА и которому он дал взаймы большую сумму денег, оформив долговое обязательство у нотариуса. Срок возврата долга давно прошёл, но он так и не был возвращён. Йозеф Штраубинг неплохо раскрутился в СА в том числе на деньги, полученные от брата: он стал крупным владельцем акций железных дорог в центре страны. На просьбу брата о возврате долга он вообще не ответил.