- Я помню землетрясение в Бостоне. Тогда я была маленькой девочкой. Оно было не сильным, но некоторые дома в городе были разрушены, несколько человек погибло. Я уже старая женщина. Мне терять нечего. Пусть назовут сумасшедший, но если это правда - Бог нам воздаст! Пойду к властям, и расскажу твой сон, сказав, что его увидела я. Пусть они сами принимают решение. Также расскажу знакомым и соседям, предупрежу своих детей. О тебе не скажу никому ни слова.
Она быстро собралась и ушла из дома. Появилась только часа через три. Увидела Глеба и сказала:
- Была в полицейском управлении, где служил мой муж, рассказала о том, что ночью будет землетрясение на восточном побережье СА. Мне не поверили, но обещали предупредить людей. Сходила в мэрию, и там рассказала о твоём, то есть моём сне. Предупредила родных и своих детей, чтобы они сегодня не ночевали в доме. Мало кто мне поверил, но некоторые люди восприняли мой рассказ серьёзно. Даже отправила телеграмму своему племяннику в Нью-Йорк с предупреждением о землетрясении. На телеграфе меня даже расспросили о том, откуда я узнала об этом. Я честно сказала, что видела вещий сон. Большего я сделать не смогла. Теперь остаётся только ждать. Предупрежу постояльцев о грядущем землетрясении. Настаивать, чтобы они ночь провели на улице - не буду, пусть сами решают, верить мне или нет. Вы же проведёте ночь на улице вместе со мной?
- Конечно! Я верю, что сон сбудется. Сейчас ноябрь, холодно. Во дворе дома мы разведём костёр и проведём около него всю ночь. Надо приготовить дрова.
Когда начало смеркаться Глеб прошёлся по городу. Особой паники не было, но многие разговаривали о вещем сне старухи, видевшей землетрясение и разрушение города сегодня ночью. Не все, но часть людей хоть и не верили в предсказание, но собирались ночь провести вне домов.
Сразу после ужина госпожа Николас объявила постояльцам, что видела вещий сон о землетрясении сегодня в три часа ночи. Её дом будет разрушен полностью. Она и Глеб решили не ночевать дома, а провести ночь во дворе дома, отогреваясь огнём от разожжённого костра. Принуждать присоединиться к ней она никого не будет, но то, что землетрясение состоится - она уверена.
В первом часу ночи к костру подошёл постоялец, работавший на таможне.
- Решил с Вами ночь скоротать. Подумал, что если такой разумный человек как Вы, Глеб, поверили в землетрясение, то мне сам Бог велел. А пенсионеры идти не захотели. Сказали: пусть будет так, как на роду написано.
Он достал бутылку бренди, поставил около Глеба стул, принесённый из дома, уселся на него.
- Стаканы у Вас имеются?
- Как же, конечно, - проговорила хозяйка пансиона.
Он разлил коньяк по стаканам, и все дружно выпили: ночь стояла холодная, а костёр был невелик.
Перед тремя часами утра все отошли от костра подальше и уселись на доску, лежащую на земле. Глеб поставил свой рюкзак и чемодан рядом. Послышался нарастающей гул и землю сильно тряхануло. Стоящий в десяти метрах дом подбросило и перекрытие вместе с крышей рухнули. Последовало ещё несколько толчков, но менее сильных.
- Землетрясение! - раздавались со всех сторон крики бостонцев, решивших скоротать ночь на улице. - Много домов разрушено! Надо откапывать живых!
* * *
Уехать из Бостона Глебу удалось лишь через неделю, когда были разобраны завалы и живым людям оказана первая помощь. Госпожа Никольс обняла его на прощание. Она стала знаменитостью в СА, предупредившей людей о стихийном бедствии и спасшей тысячи жизней. Она купалась в лучах славы и обожания бостонцев.
- Дорогой Глеб! Я могу надеяться, что если Вам опять приснился вещий сон, связанный со стихийными бедствиями, Вы телеграфируете мне об этом?
- Безусловно, госпожа Никольс!
"Я её отлично понимаю: как хорошо быть всеми любимой и обожаемой. Но надо отдать ей должное: у неё хватило смелости рассказать про "свой вещий сон" и предупредить людей о грозящем им стихийном бедствии!"
* * *
Поезд в Нью-Йорк пришёл утром. Выйдя из вагона, Глеб сразу направился на поиск жилья: это было очень сложное дело, поскольку много домов в городе было разрушено и требовало ремонта. С трудом он нашёл маленький частный домик в Бруклине, где снял небольшую комнату за пятьдесят долларов в месяц.
"Оставаться в Бостоне было бессмысленно: там разрушения значительно большие, чем в Нью-Йорке и найти жильё невозможно. Теперь надо определиться с работой. Схожу ка я в "Сити банк" и предложу свои услуги на должность бухгалтера. Не выйдет устроиться туда, поищу другие банки. Где-нибудь повезёт. Хотя это будет очень трудно сделать: рекомендательных писем я не имею, документа об образовании - тоже. Скорее всего мне предложат место счетовода с минимальной зарплатой."