Александер рухнул на асфальт, позабыв обо всем. Оборотень оказался над ним. Замахнулся лапой. Зарычал.
Где мой брат? утробный вой не сулил неприятному блондинчику ничего хорошего. Куда ты его дел?
На меня желтоглазая тварь внимания не обратила. Наверное, зря. Хорек внутри сходил с ума от эдакой несправедливости. Он требовал боя, требовал возмездия и кусал меня, подгоняя.
Я поднялась на ноги и, подлетев к оборотню сзади, со всего маха отвесила ему пинка. Стальной носок впился куда-то под хвост. Создание взвыло. В этом высоком вое слышалась вселенская обида.
«Получил!» мысленно обрадовалась я. Радость моя продлилась совсем недолго. Гораздо меньше секунды.
Создание неожиданно развернулось. Тяжелая мохнатая рука хлестнула меня по лицу, да так сильно, что голова закружилась, и я полетела в сторону. Наверное, полетела Что было дальше я просто не запомнила. Мир завертелся. Тело стало легким, воздушным, почти невесомым. А следом пришла боль. Не боль, а Боль! И я потеряла сознание.
Глава 2. Пробуждение и
«Чудес не бывает. А то, что мы называем чудом, имеет под собой совсем не чудесную основу».
Из дневника Рианы ХьюзЯ проснулась. Открыла глаза. Увидела свет за окном. Нашла телефон на тумбочке рядом с кроватью. Глянула на экран: десять часов. Поняла, что опоздала на занятия. Вернула телефон на место. С трудом повернулась лицом к стенке. Укрылась одеялом с головой. Закрыла глаза. Уснула.
* * *Смотрю, сквозь сон до меня донесся насмешливый голос соседки Бобби, ты хорошо погуляла вчера.
Каждое слово набатом отзывалось у меня в голове. Я открыла глаза, посмотрела на стену, что обнаружилась перед самым моим носом. Почему-то казалось, будто стена качается, пытаясь то ли обрушиться на меня, то ли закружить в хороводе.
Сколько времени? слова застревали в пересохшем горле. Собственный голос звучал незнакомо, хрипло, простужено.
Уже шесть, веселый голос соседки несколько раздражал. У нас тренировку отменили, представляешь? Миссис Смоук улетела в Тайами на два дня. Как же ей повезло: солнце, море, пляж, крепкие загорелые парни.
За-ме-ча-тель-но, отозвалась я и попыталась сесть на кровати. Попытка-то удалась, но каждое движение вызывало дикую боль во всем теле. Голова кружилась, а перед глазами всё двоилось.
Ничего себе ошеломленно выдохнула Бобби, непроизвольно провела рукой по коротким взлохмаченным волосам и спросила. Кто это тебя так?
В голосе насмешливой соседки появилось участие, которого я от нее ни разу не слышала. А ведь мы уже полтора месяца прожили в одной комнате.
Не по-ни-маю о чем ты моя речь звучала очень странно: как будто я находилась в закрытом бункере и каждое сказанное мной слово порождало эхо.
Бобби тяжело вздохнула, слезла со своей кровати, покопалась в тумбочке, недовольно заворчала. Вздохнув еще раз, соседка вытащила из ящика одну коробку с карандашами, вторую третью, четвертую Когда на полу оказалась коробок десять, Бобби с радостным восклицанием вытащила на свет пудреницу и протянула ее мне: «Держи!»
Спа-си-бо, непослушные пальцы с трудом ухватили маленькую коробочку. Я помедлила немного, собираясь с мыслями, собираясь с силами, открыла пудреницу, прищурилась, заглянула в зеркальце. Ох!..
Вот и я о том же!
Я прикрыла глаза, борясь с головокружением и желанием опорожнить пустой желудок, открыла, глянула в зеркальце: ничего не изменилось. Правую половину моего лица от подбородка до виска украшал красно-желто-фиолетовый кровоподтек. Правый глаз покраснел и превратился в узенькую щелку, над которой нависала отекшая раздувшаяся бровь. Губа с правой стороны опухла, будто я решила сделать контурную пластику, а потом остановилась на полпути. Свободной рукой я прикоснулась к щеке. Еще раз. И еще. Каждое прикосновение сопровождалось вспышкой боли. Ну что, пора записываться в театральную секцию на роль чудовища Франкенштейна.
Де-ла, протянула я. Накатила слабость. Руки опустились. Пальцы выпустили пудреницу, и она полетела на пол.
Осторожней! Бобби дернулась, расплылась в воздухе и в самый последний момент ухватила коробочку. Соседка погрозила мне пальцем, сдула с пудреницы пылинки и осторожно положила ее на тумбочку.
Перед глазами всё плыло. На мгновение мне показалось, что Бобби находилась сразу в двух местах. Сознание просто не успевало за всем происходящим. Я помотала головой.