Кивнув технику, Следователь спросил у адвоката:
Свидетель готова?
Я готова, сообщил я адвокату, о чем тот проинформировал следователя, подписав какую-то бумагу, которую подписала, как мой опекун, также и «матушка».
Тогда разъясняю свидетельнице порядок установочных процедур, обратился ко мне Следователь, сейчас вы прослушаете несколько десятков слов, в процессе чего, вы должны спокойно сидеть, не совершая резких движений, разговоры, при этом, вести нельзя, вам понятно?
Да, ответил я.
Хорошо, сказал тот и отдал распоряжение технику:
Начинайте.
Я ожидал, что, как это случалось обычно, будут использованы, так называемые установочные вопросы, вроде: Как вас зовут? Сколько вам полных лет? Где вы родились? И так далее.
Однако же тут данное исследование проводилось иначе, нежели там и в моих наушниках, разными голосами и интонациями, раздались просто отдельные слова, носящие ярко выраженный эмоциональный окрас, вроде: преступление, наказание, любовь, смерть, дружба, папа, мама и так далее.
Всего я прослушал около сотни, повторяющихся иной раз, но сказанных другим голосом, с иными интонациями, слов.
Затем, когда установилась тишина, ко мне вновь подошла психолог и отсоединила от «полушлема» наушники, оставив очки и микрофон.
Господин подполковник, доложил техник. Психофизиологический профиль свидетельницы успешно создан, все готово и вы можете начинать в любой момент.
Очень хорошо, спасибо, ответил тот технику и обратившись ко мне, спросил. Кайа Игоревна, вы готовы? Начнем нашу беседу?
Кинув взгляд на адвоката, я ответил:
Да, но сначала, я хотела бы выпить воды
Меня слегка «потрясывало» от волнения и я, воспользовавшись жаждой, как предлогом, несколько раз глубоко вдохнул, успокаивая расшалившиеся эмоции. Утолив жажду, сказал:
Я готова отвечать на ваши вопросы.
Очень хорошо, ответил Следователь, для начала я задам вам простые вопросы, на которые отвечать вам нужно либо да, либо нет. Это понятно?
Да, ответил я.
Ваша фамилия Филатова, а зовут вас Кайей Игоревной?
Нет, просто и спокойно ответил я и это мое «нет», стало тем, что моментально приковало ко мне всеобщее внимание, даже «дедушка», с полицейским «главарем», прекратили о чем-то шептаться, уставившись на меня.
Вы были рождены четырнадцатого июля, две тысячи пятого года? продолжил Следователь, как ни в чем не бывало.
Нет, ответил я, сохраняя «покерфейс».
Нет?! Как это нет?! Что ты несешь?! Прекрати позорить перед людьми нашу Семью, устраивая балаган! Это важное мероприятие! Господа из полиции пришли сюда не за тем, чтобы играть с тобой в игры! это моей бывшей «мачехе» пришелся явно не по душе ход допроса.
Лидия! это уже «дед» «подал голос», веди себя прилично! И сядь на место! А если не можешь пойди, займись каким-нибудь делом! Не мешайся!
Та моментально «потухнув», вернулась на свое место и, пристально глядя на меня, крепко сжала в кулачке подол своего платья.
Вы ученица восьмого класса, Пансиона Воспитанниц министерства Войны? продолжил Следователь, когда вновь наступила тишина.
Нет, было моим ответом.
Ваш пол женский? после секундной паузы спросил Следователь.
Нет.
И вот, после последнего моего «нет», терпение, видимо, закончилось даже у выдержанного Следователя и он, довольно громко, положил на стол свою ручку, которую все это время, вертел в руках.
Кайа, услышал я «елейный» голосок «тетушки», что сидела вместе с бывшей «мачехой», неужели ты не хочешь оказать посильную помощь в поимке тех негодяев, которые опозорили и послужили причиной трагической смерти, твоих школьных подруг?
Да она просто издевается! со своего места воскликнула бывшая «мачеха», а ее лицо, буквально на мгновение, исказилось от лютой ненависти ко мне.
Само собой нет! Я искренне, всей своей душой, желаю, дабы те злодеи, что устроили подобное бесчинство в стенах моего любимого Пансиона, были пойманы и безжалостно покараны! изобразив на лице Кайи «гнев праведный», ответил «тетушке» я и обратившись уже к «технику Первого класса», спросил, но разве я хоть раз сказала неправду?
Полицейский техник, сидел и смотрел на экран ВЭМа, с плохо скрываемым желанием сильно ударить по нему кулаком, с таким выражением на лице, будто там показывали Финал Лиги Чемпионов, где сражались «Динамо Москва» с «Манчейстер Юнайтед» и перед самой кульминацией матча, экран, вместо футбола, начал показывать рябь помех.