Всего за 0.9 руб. Купить полную версию
Проклятье!
Судьба Яна меня волнует не меньше, чем своя. Глупо или нет, но это факт. И когда во время рассмотрения мой жалобы на мою болевую точку нажмут, я… проиграю.
— Скидка на выход, скажем, от семидесяти процентов и больше, в качестве компенсации меня устроит.
— Вне моей компетенции, Душа. Возможно, во время разбирательства…
Ясно, ни карата не уступят.
— Господин оператор, вы сказали, что листаете «Фаворитку герцога»?
— Да, Дуща.
— Будьте любезны, почитайте мне вслух. Можно не с начала, пожалеем ваши голосовые связки.
— Сожалею, Душа, но не получится. Нет, с тем, что я буду читать вслух никаких проблем, но вы не услышите, для вас моя речь будет звучать иностранной тарабарщиной, звуковым шумом. Вы ведь, уверен, уже сталкивались с этим явлением, когда попытались открыть текст?
— Хм…
— Душа, я могу дать вам подсказку. Скажем так, я вижу, где и когда вам нужно оказаться, чтобы переломить неблагоприятный ход событий.
Чёрт-чёрт-чёрт!
Что делать? Рискнуть, подать жалобу и проиграть разбирательство или отказаться от претензий и получить хоть какую-то компенсацию? Разум говорит одно, сердце просит иного. А перед глазами лицо Яна, нежная зелень его глаз. Его нежность.
На глаза наворачиваются слёзы.
Я не могу отказаться от Яна.
Да, цена безумна, но… Я ведь не все козыри выложила.
— Дайте мне минуту на размышления, господин оператор.
Система, если подбирать аналогию, берёт налог с дохода. Энергия, которая в теории могла бы сделать мою душу сильнее, утекает мимо родного кармана. Но. Это ведь не прямой вред, так? Да, душа будет крепнуть медленнее, прикладывая больше усилий, чем другие, я буду получать меньше. Однако в родном мире я бы так и оставалась тусклой слабосилкой.
Хм…
Если я откажусь подавать жалобу на отчуждение карат, то позднее, тщательно изучив теорию магии, я, возможно, смогу подать более весомую жалобу — на причинение вреда.
— Душа?
Время на размышления вышло.
— Господин оператор, я согласна заключить сделку. Я отказываюсь от подачи жалобы на отчуждение карат без моего согласия при условии удовлетворительной компенсации.
— Я рад слышать, душа. Сделка заключена. Уведомление о компенсации поступит в течение суток. Что касается подсказки…
Я напрягаюсь.
— Господин оператор?
— Кайтер, Душа.
— Какое отношение дамская академия магии, куда мужчины не допускаются ни в качестве преподавателей, ни в роли слуг, имеет отношение к Яну?!
— Душа, надеюсь, консультация оказалась полезной. Спасибо, что выбрали Систему. Желаю вам приятных перерождений!
Мобильник исчезает из рук.
Я прикрываю глаза.
Я сделала ошибку? Интуиция успокаивающе шепчет, что нет.
Что же, пора вспомнить, зачем я согласилась на экипаж Эшли. Я вызываю мобильник обратно, запускаю карту. Расстояние отделявшее меня от конторы синьора Катца с двенадцати километров сократилось до неполных трёх. Приятно же!
А вот планы в свете новой информации придётся немного скорректировать.
Интерлюдия 1 Господин Янер Феликс
Сон давит, вдавливает в матрац.
Я плаваю в сладком мареве, но что-то неправильное заставляет напрячься и постараться вынырнуть. Я провожу рукой рядом с собой и натыкаюсь на пустоту. Да, именно пустота беспокоит меня не первый час, раздражает, как засевшая в пальце колючка кактуса. Марево вязкое, туманит разум и обещает отдых без забот и тревог…
Чувство потери оказывается сильнее.
Я рывком сажусь, сминаю одеяло.
Чужаков поблизости нет, в помещении я один и за стенами тоже никого не вижу. Я осматриваюсь ещё раз, уделяя больше внимания обстановке. Я в незнакомой спальне, на кровати, разут и полураздет, цел, не ранен, не отравлен. Не отравлен? Т-с-с!
Вчерашний вечер восстанавливается в памяти кусочек за кусочком, словно мозаика. Я отчётливо вспоминаю начало ужина, воспоминания яркие до первой перемены блюд. Вторая перемена. Лакей подал мясо, посыпанное ароматной приправой. Я сразу заметил экзотические травы — южные специи не так безобидны, как считают обыватели, в руках мастера они легко превращаются в дурман или даже смертельный яд. Я помню, как принюхался. Сочетание бездарное, но не опасное, особенно для меня.
На густой сметанный соус я не обратил внимания, зато сейчас отчётливо понимаю, что именно в нём припрятали растёртые семена ральта. Я почувствовал неладное, отодвинул соус, но было слишком поздно, «южная пряная симфония» начала действовать.
Меня хотели убить? Что-то не верится, что мастер, сумевший не только правильно сочетать специи, но и красиво замаскировать «симфонию», не учёл очевидное. Благодаря предку-демону я почти не восприимчив к растительным ядам
Если же предположить, что меня хотели убрать на время… Что же, у них получилось. Я опьянел от собственной взбунтовавшейся магии.
Память молчит, новые кусочки мозаики подкидывает неохотно. Так, прежде, чем дурман окончательно подействовал, я успел уйти из столовой.
А дальше…?
Наверное, ввалился в первую попавшуюся спальню и проспал до вечера.
Я встаю, подхожу к окну.
За окном яркий день, почти полдень, если судить по солнцу.
Что?! Как это возможно? Что могло успокоить взбесившуюся магию?
И почему меня разбудило чувство потери?
Я падаю в ближайшее кресло, закрываю глаза. Детское упражнение, с которым я давным давно распрощался, помогает сконцентрироваться. Я мысленно возвращаюсь в коридор, память приоткрывает чуть больше, я вижу каждый свой шаг… И будто вживую слышу звонкий оклик.
Меня угораздило столкнуться с Асей? Демоны, я ведь ничего ей не сделал?! Я впервые пугаюсь до дрожи.
Концентрацию срывает, я обнаруживаю, что стою на ногах, комната залита зелёным светом, нестерпимым для глаз чистокровных людей. А в руках я сжимаю отломанный подлокотник. Только кого я им собрался бить, самого себя что ли?!
Я отшвыриваю деревяшку и бросаюсь к двери, спотыкаюсь о брошенный на полу камзол.
Эх, хорошо меня приложило. Куда я собрался в одних штанах?! Дознаватель я или… Неужели дурман ещё не отпустил? Почему я в таком нестабильном состоянии? Хочется рвать, метать, пока не верну пропажу. Нет, до возвращения в норму, мне стоит побыть одному.
Демоны!
Я перевожу взгляд на кровать и усилием воли гашу магию, смотрю на простыни почти как чистокровный человек. Та-ак… Бельё примято, но видно, что на нём именно спали. По крайней мере, я не взял Асю силой. С памяти словно пелену срывает. И я вспоминаю всё: как напал, как Ася почему-то не испугалась, как я просил её уйти, а она осталась со мной.
У меня гора с плеч сваливается. Я не навредил.
Эмоции больше не рвут на части, я постепенно успокаиваюсь.
Что же, ответ на первый вопрос я нашёл — взбесившуюся магию успокоила чистая аура моей Льдинки. Остаётся разобраться, почему Ася так странно себя вела. Не похоже, что она нагнала меня случайно. И… куда она исчезла с утра?!
Я прохожу в ванную, открываю холодную воду и опускаю под струю голову. Ненавижу так взбадриваться, зато уже через минуту я чувствую себя морально готовым появиться в обществе. Наскоро просушиваю волосы полотенцем ровно настолько, чтобы ручьи больше не текли по спине, возвращаюсь в спальню, собираю раскиданную одежду. И натыкаюсь на Асины чулки… Вот и доказательство, что Льдинка мне не приснилась. Её дыхание на моей шее… Демоны, почему я не могу перестать думать о ней?! Вчера, до ужина, она тоже раз за разом появлялась в моих мыслях. Моя персональная загадка…
Одевшись, я выхожу в коридор. По уму нужно отыскать свою спальню и привести себя в порядок. Или хотя бы заняться делом — выяснить, зачем меня пытались убрать. Но ноги сами несут меня сперва к жилым покоям, потом в библиотеку, в кухню. Я обхожу дом.
Аси нет нигде.
Демоны!
Беспокойство нарастает с каждой секундой. Дом барона — это не придорожная забегаловка, он условно безопасен, а пропавшая не последняя посудомойка, а дочь барона, пусть и не признанная официально.