Они были облачены в пурпурные с золотой каймой одеяния и облегающие голову шапочки из пластика – символ судебной власти. Посередине восседал Верховный комиссар Линь Чен. Дорник наблюдал за ним с почтительным трепетом – ему еще никогда не приходилось видеть вельможу столь высокого ранга. В течение процесса Чен редко произносил что-нибудь, давая понять, что многословие ниже его достоинства.
Адвокат Комиссии перелистал свои записи, и слушание дела продолжилось. Селдон снова занял место за кафедрой.
Вопрос: – Итак, доктор Селдон, сколько человек занято сейчас в возглавляемом вами проекте?
Ответ: – Пятьдесят математиков.
Вопрос: – Входит ли в их число доктор Гааль Дорник?
Ответ: – Он – пятьдесят первый.
Вопрос: – Значит, всего пятьдесят один? А, может быть, пятьдесят два или пятьдесят три? Или еще больше? Вспомните как следует, доктор Селдон.
Ответ: – Формально доктор Дорник еще не является моим сотрудником. Когда я приму его на работу, у меня будет пятьдесят один человек. Сейчас нас пятьдесят, как я уже говорил.
Вопрос: – По нашим данным, на вас работает сто тысяч человек.
Ответ: – Сто тысяч математиков? Вы ошибаетесь.
Вопрос: – Я не говорил – математиков. Если взять всех людей, работающих на ваш проект в разных областях, наберется их сто тысяч?
Ответ: – Если так ставить вопрос, ваша цифра, возможно, и верна.
Вопрос: – Возможно? Я утверждаю, что так оно и есть! Всего в вашем проекте задействовано девяносто восемь тысяч пятьсот семьдесят два человека.
Ответ: – Видимо, в эту цифру входят также женщины и дети.
Вопрос (повысив голос): – Суть состоит в том, что всего их девяносто восемь тысяч пятьсот семьдесят два человека. Это факт, и нечего от него увиливать!
Ответ: – Хорошо, я согласен с этой цифрой.
Вопрос (заглянув в записи): – Теперь отставим это на время в сторону и вернемся к другому вопросу, который мы уже довольно долго обсуждали. Доктор Селдон, повторите ваши прогнозы относительно будущего Трантора.
Ответ: – Я говорил уже и снова повторяю: через пять веков Трантор будет разрушен.
Вопрос: – Как вы считаете, лояльно ли ваше заявление по отношению к Императору?
Ответ: – Нет, сэр. Научная истина не бывает лояльной или нелояльной.
Вопрос: – Вы уверены, что ваше заявление является научной истиной?
Ответ: – Да.
Вопрос: – На каком основании?
Ответ: – На основании математических расчетов по методике психоистории.
Вопрос: – Можете ли вы доказать, что ваши расчеты верны?
Ответ: – Да, но эти доказательства будут понятны только математику.
Вопрос (с улыбкой): – Значит, вы утверждаете, что ваша истина столь сложна, что простой человек не в состоянии ее понять? Не кажется ли вам, что истина должна быть более понятной, доступной для людей, а не такой таинственной?
Ответ: – Для некоторых людей эта истина является вполне ясной. Физика передачи энергии, известная под названием «термодинамики», была выяснена и оставалась верной на протяжении практически всей истории Человечества, с самых давних времен, но и сейчас существует множество людей (в том числе и здесь присутствующих), которые не смогли бы построить даже простейшую силовую установку. Причем это люди с высокоразвитым интеллектом. Я сомневаюсь, что высокообразованный господин комиссар…
В этот момент один из членов Комиссии наклонился к адвокату. Нельзя было разобрать, что он сказал, но голос его звучал довольно сурово. Покраснев, адвокат прервал Селдона.
Вопрос: – Доктор Селдон, мы собрались здесь не для того, чтобы выслушивать ваши речи. Считайте, что вы доказали свою точку зрения. Однако я считаю необходимым отметить, что ваш прогноз может быть направлен на подрыв доверия народа к правительству Империи и служить вашим личным интересам.
Ответ: – Это не так.