Адмирал и генерал стоят в шубах на трёх мехах - издали ну прямо как стога сена - не отличишь.
Солдат кафтан потуже подпоясал, ногами притоптывает, руками себя по бокам хлещет. То присядет, то встанет, то присядет, то встанет. Уши, нос, щеки потрёт, побегает туда-сюда, снова приседать начинает. Потом начал ружейные приёмы выполнять. Сам себе командует:
- Коли! Бей! Коли! Бей!
От солдата такой пар пошёл, словно он только из бани выбрался.
Чем мороз больше лютовал, тем солдат быстрее бегал. Ничего с ним стужа поделать не могла!
- Ну, хватит! - сказал царь Пётр. - Спасибо тебе, братец мороз! Посмотрим, кто там жив остался!
Сразу потеплело, снова птицы запели, листва на деревьях зазеленела.
Вышли царь с царицей и со всей своей свитою из дворца.
Глядь: солдат перед генералом навытяжку стоит, а генерал его распекает. За то, что когда солдат ружейные приёмы в стужу делал, то две ошибки допустил - приклад высоко держал и колол неглубоко.
- А почему адмирал из своей шубы не вылезает? - спросил царь Пётр.
- Не иначе, он там замёрз до смерти, царь-батюшка, - радостно ответил генерал.
Подошли к шубе, открыли её - а там вместо адмирала - сосулька в мундире!
- Плоха же оказалась его одежда, - сказал царь. - Но спор ваш не закончен. Теперь посмотрим, как вы жару выдержите!
- За что меня обижаете, царь-батюшка? - взмолился генерал. - Ведь я с адмиралом спорил, а не с солдатом. Свой спор я выиграл, а с солдатом мне невозможно на равной ноге быть! Я же генерал!
- Если ты настоящий генерал - то чего же тебе бояться? - засмеялся царь Пётр. - А если солдат у тебя спор выиграет - то какой же ты после этого будешь генерал? Солнце, ваше сиятельство, начинай!
Едва царь с царицей и со всей своей свитой укрылись во дворце, как началась жара небывалая. Всё кругом почернело. Ручьи и реки высохли, в облака обратились. Медведи в лесах дремучих шкуры с себя посбрасывали.
Генерал язык высунул, глаза выкатил — ни вдохнуть, ни выдохнуть не может. А солдат как ни в чём не бывало туда-сюда ходит, ружьишком поигрывает.
Солнце ещё пуще печёт изо всех сил. Генерал уже усыхать начал, сморщился, почернел.
- Эх, солнце, - сказал солдат и усы подкрутил, - ты же русских солдат в боях и сраженьях видело! Там уж такое пекло бывало, не чета нынешнему! И ничего - живы остались! Чего же ты зря стараешься? Смотри, само не сгори!
Видно, солнцу и самому уже невтерпёж стало - жара начала спадать.
Вышли царь с царицей и со всей своей свитой из дворца.
Глядь: солдат как ни в чем не бывало, туда-сюда ходит, ружьишком поигрывает.