Вместе они вышли к машинам, их было четыре — и вдруг увидели, как два бронетранспортера, поднимая дорожную пыль, идут на большой скорости со стороны Аль-Адля.
— Это что еще… — недоумевающе произнес генерал-губернатор, и в следующее мгновение упал, сраженный двумя пулями.
В спину.
В следующее мгновение упали несколько сбитых на землю пулями конвойцев, их внимание было привлечено бронетранспортерами и они так и не поняли, откуда им грозит реальная опасность.
Бронетранспортеры замедляли ход, из них на ходу прыгали вооруженные до зубов бойцы антитеррористической группы жандармерии.
Хлопнула, закрываясь, калитка.
— Атаман Белов, вы окружены, сдавайтесь! — громыхнул на всю улицу мегафон.
Атаман проскочил в дом, по пути отвязав собаку, схватил оружие, что попалось под руку — штурмовое ружье. С двадцатью патронами, снаряженными картечью, на близкой дистанции оно было эффективнее автомата. Перезарядил пистолет, обойма в котором была израсходована полностью, рассовал за пояс еще три…
Надо бежать…
— Атаман Белов, сдавайтесь! Шансов нет!
Откуда узнали…
Выбежав через темный ход, он перемахнул через низенький заборчик: здесь дома строились целыми шеренгами, и забор, отделявший улицу, был выше человеческого роста, а внутри, между соседними участками — примерно по пояс. Экономили…
Как затравленный волк, с ружьем наперевес он пробежал через весь участок, маханул на соседний, потом перебрался на следующий. Там играли дети, они бросили игры и смотрели на него удивленными глазами.
Брать заложников он не решился, заложники лишат его мобильности.
Маханул на соседний участок, едва не упал, побежал к дому…
— Стой! — знакомый голос.
Двое жандармов целились в него с колена из автоматов, у них были бронежилеты и каски, держащие удар пистолетной пули. Лица были закрыты забралами из пулестойкого стекла.
За ними стоял Аль-Бакр.
— Зачем ты их убил, Алексей?! — крикнул он. — Опомнись!
— Ненавижу! — крикнул в ответ казачий атаман, вскидывая штурмовое ружье.
Заработали автоматы.
Генерал-губернатор Междуречья Теймураз Акакиевич Абашидзе был еще жив, когда к нему подошел полицеймейстер Аль-Бакр. Жандармы из антитеррористической роты положили его на носилки, один из них суетился, прилаживая капельницу. Аль-Бакр взглянул на него, тот еле заметно покачал головой.