слушать то, как она описывает очередной минет, исполненный на переднем сидении одного
из бесчисленных "Роверов".
- Давай не будем сегодня об этом...
- Расскажи мне! - Я кричу на нее. Но не потому что не люблю ее, а потому что нас это
устраивает.
Мария провела рукой по бедру. Она знает, что последует за новой историей о высасывании
средств. Смотрит в мои глаза, надеется, что в последний момент я остановлю ее, скажу, что
мы можем просто лечь спать.
Но я не хочу спать. Расскажи мне, как ты зарабатываешь наши деньги.
Словно вспышки стробоскопа, разделенные гневом.
"Я взяла в рот. От него пахло так, будто он только вышел из душа". Вспышка.
"С каждой секундой толчки становились все сильнее. Мне не хватало кислорода".
Вспышка.
"Казалось, меня вот- вот вырвет на его брюки". Вспышка.
"Он кончил мне прямо в глотку, напоследок поплотнее прижав мою голову к себе".
Вспышка.
Четыре. Глубоко и бесстрашно оценили себя и свою жизнь с нравственной точки зрения.
Бомбардировка Герники. Мои кулаки впиваются в узкие плечи Марии, в ее тощие бедра, живот, спину. На лице синяков не должно быть. Никому не нужен товар с разорванной
этикеткой. Она не произносит ни звука, ибо знает, что заслужила такое отношение к себе.
Но сегодня все идет не так. Одно неверное движение, и голова любимой находит
металлический каркас кровати.
Разнотонные гудки. Ноль, три, вызов.