— Для людей нет ничего после жизни, но твоя душа сильна, слишком сильна. Если ты умрёшь, Серафина, твоя душа захочет остаться после стольких лет. Ты будешь голодным призраком, затягивающим материальный мир.
Мысль остаться на Земле в бестелесной духовной форме испугала меня, и я прижалась к Киру в поисках защиты, в то время как город, в котором я выросла, распадался на моих глазах.
Но сейчас, когда я действительно сталкиваюсь со своей смертностью, я задаюсь вопросом: откуда он может знать, что будет потом? Он говорил те вещи, чтобы испугать меня, лишь бы не бродить по этому миру в одиночестве?
— Мне всё равно, что там говорит Кир, — отвечаю я, наблюдая за целующейся под уличным фонарём парочкой. — Я хочу знать, что думаешь ты.
В отражении в окне я вижу, как уголки губ Шар опускаются. Мы редко обсуждаем Кира, даже в его отсутствие, и сейчас это её беспокоит. Однако она отвечает:
— Мне кажется, что всё же после что-то есть, — она опускает глаза и шепчет: — Иногда я надеюсь, что Джек всё ещё где-то там.
Я касаюсь её руки.
— Я тоже ищу мою маму.
Мы доедаем наши рожки в тишине под аккомпанемент электрического гула холодильников и болтовни девушки за прилавком, радостно смеющейся в телефон и не понимающей, что сейчас рядом с ней две настоящие убийцы. Внезапно Шарлотта указывает на что-то снаружи.
— Симус из Ирландии, 1878!
Я морщу лоб.
— Что? Та белка?
— Да! Он всегда откладывал еду. И его передние зубы были ненормальной длины, — говорит она вредно.
— Ты ужасна, — упрекаю я сквозь смех.
— Но ты все равно любишь меня, — она снова становится серьёзной. — Сера, я знаю, ты нервничаешь насчёт завтра. Но всё будет хорошо, обещаю.
В горле появляется комок, и я отворачиваюсь от неё из опасения выдать себя.
— Ты делала это миллион раз, — продолжает она. — Кир удостоверится, что твоё новое тело великолепно.
— Но разве ты не думаешь, что это неправильно? — напираю я. — Кто мы такие, чтобы решать, кому жить, а кому умирать?
— Мы такие, какие мы есть, Сера. Мы сделали свой выбор. Мне хотелось бы, чтобы все походили на нас.
Но она не произносит: «Мне хотелось бы, чтобы Джек походил на нас».
Было достаточно трудно заставить Кира сделать Шарлотту Воплощённой. Он никогда не принимал её брата.
— Мм, — всё, что я говорю, не желая спорить с Шарлоттой в нашу последнюю ночь. Не мне её судить.