— Я не должна уходить отсюда. Мои родители будут волноваться.
— Это недалеко, — обещает он, и я неохотно следую с ним за угол к саду розовых кустов напротив Темзы. Мы останавливаемся рядом с каменной скамьёй, и он выпускает мою руку.
— Могу я…? — спрашивает он.
Я не уверена в его дальнейших действиях, но всё же киваю, соглашаясь. Он тянется к моим волосам, мягко вытаскивает одну розу и держит её в колыбели своей ладони. Она всё ещё темно-красная, но края лепестков уже поникли.
— Люди всегда ищут волшебство, когда царство природы творит чудеса, — вытаскивая из кармана маленький стеклянный пузырёк, говорит он. — Этот цветок мёртв. Никакие законы не нарушены, моя леди, — улыбается он.— Но розы здесь, в саду, по-настоящему живы.
Он открывает пузырёк и позволяет нескольким каплям упасть на конец стебля мёртвой розы, затем несёт её к тернистой ветви розового куста. Через несколько секунд он убирает руку, и я задыхаюсь.
Красная роза из моих волос расцвела, увядшие края её лепестков снова стали бархатистыми.
— Магия? — шепчу я.
— Наука, — отвечает он мне.
Я изумлена и восхищена.
— Мне всё равно, как Вы это называете. Для меня это всё ещё магия, — говорю я.
— Вы снимете свою маску? — спрашивает он, глубоко заглядывая в мои глаза. — Я должен знать, кто Вы.
— Только после Вас.
Я киваю и развязываю ленты своей маски-бабочки, сдвигая её в сторону и открывая лицо. Он вторит мне со своей алой, словно моя роза, маской.
Мы смотрим друг на друга и слегка задыхаемся от удивления.
— Серафина, — затаив дыхание, произносит он.
— Кир, — говорю я удивлённо. Кир — сын аптекаря, и я украла чуть больше украдкой брошенных на него взглядов, когда они с отцом приезжали в наш дом. Он красив: светлые — практически белые — волосы, высокие скулы и яркие глаза. Когда я мечтаю о замужестве, всё чаще моим суженным становится именно Кир.
— Ты много прекраснее, чем я помнил, — после этих слов я понимаю, что он тоже думал обо мне. — И я тебе обещаю. Я приеду в твой дом и поговорю с твоим отцом. И в следующий раз принесу нечто большее, чем цветы.
Он не сдержан; я густо краснею. Я поражена, ошеломлена, ослеплена. Аромат роз стремительно наполняет все мои чувства, и я закрываю глаза. Это моя судьба?
Мы едва замечаем, когда две фигуры отделяются от теней и приближаются к нам: мужчина и женщина в грязной одежде с прикрытыми лицами. Однако мечи, привязанные к талии, с виду ладные и хорошо заточенные.
— Сэр, — выплёвывает мужчина, обращаясь к Киру, — отдайте мне ваш кошелёк.
Я в испуге напрягаюсь, и Кир загораживает меня собой.