— Знаешь, что еще меня бесит в ее вечеринках? — спросила я.
Он усмехнулся:
— Помимо всего?
— Она собирает деньги, — сказала я. — По пять долларов с человека. Почему мы должны платить за скуку? С тем же успехом я могла бы бесплатно скучать и с тобой.
— Спасибо, Лу-Энн. Ты настоящий друг.
По тому, как я поддразниваю Девина, вы наверняка уже догадались, что он мне страшно нравится.
— Пять долларов, — пробормотала я.
— Ну, ты же знаешь Полли. Лишнего бакса она ни за что не упустит.
— Догадайся, какая у Полли любимая игра для вечеринок! — простонала я.
— Неужели в бутылочку?
— Нет. Заткнись. Эта похлеще. Ее любимая игра — это когда все трут лоб воздушным шариком, пока тот не наэлектризуется и не пристанет. А потом смотрят, на чьей физиономии он дольше продержится.
Девин опять рассмеялся:
— Шарики есть? Можем попрактиковаться!
Я дала ему хорошего тычка в бок:
— Чего ты все время ржешь? Ничего ж смешного.
Он выплюнул в ладонь непрожаренное зерно. После чего прилепил его мне на нос.
Я шлепнула его по руке.
— Почему ты ведешь себя, как ребенок?
— У тебя научился.
— Не мог бы ты угомониться?
— Могу попробовать.
Я зачерпнула из миски пригоршню попкорна и высыпала на его курчавые рыжие волосы. Он дико замотал головой, разметав попкорн по всей гостиной.