— Смотри, Гензель, что он со мной сделал… Погубил меня Рэндольф… Погубил!
Он потянулся к собаке. Но Гензель заскулил и отпрянул.
— Ты не узнаешь меня больше?! — воскликнул Уильям. — Ты не узнаешь меня из-за этой проклятой маски!
И снова он терзал маску, тянул ее, рвал обеими руками с лица.
Снимайся. Снимайся. Снимайся же!
С невероятным, чудовищным приливом сил, Уильям рванул ее в последний раз. И когда маска, наконец, поддалась, разинул рот в страдальческом вопле. Маска оторвалась от лица с громким треском раздираемой плоти.
Уильям вновь завопил, когда невыносимая боль обрушилась на голову и разлилась по всему телу. Он видел, как с головы полетели в разные стороны кровавые брызги. Подняв маску перед собой, он увидел налипшую изнутри кожу. И понял, что натворил.
Он понял.
Вместе с маской я сорвал собственное лицо!
Он повалился на колени. Боль была нестерпимой. Ноги его не держали.
Я сорвал собственное лицо. Вот единственный способ снять маску.
И теперь я умру.
Уильям стиснул маску в руке, сминая вместе с нею куски собственной плоти. Все вокруг было залито кровью.
Я не могу допустить, чтобы кто-нибудь еще пал жертвой этой чудовищной маски.
Я должен спрятать ее подальше. Я должен спрятать ее так, чтобы никто никогда ее не нашел.
Раскачиваясь, как пьяный, он поднялся на ноги. Голову словно охватило огнем… она пылала… пылала…
Он увидел Гензеля; тот забился в угол и тихо скулил.
— С тобой все будет хорошо, Гензель… Кто-нибудь… кто-нибудь о тебе позаботится…
Сердце его разрывалось при мысли, что ему придется покинуть Гензеля. Но Уильям понимал, что выбора нет. Он должен защитить людей от злобы ужасной маски.
Изо всех оставшихся сил цепляясь за перила, он поднялся по лестнице на чердак. Кровь хлестала со лба. Она заливала глаза, почти лишая возможности видеть. Он знал, что времени осталось в обрез.
Он вновь упал на колени. Руками нащупал огромный старый сундук, стоявший у стены чердака. Сундук был черный, с золотой отделкой и золотой же защелкой.
Уильям распахнул крышку. Из недр сундука навстречу ему поднялся мощный дух нафталина. Уильям заглянул внутрь. Сундук был туго набит старыми костюмами. Костюмами и масками.