- Ближней дорогой поедем, - сказал агроном.
- Знаешь, зачем он был к поезду? - сказал Варе дед. - Какие-то сверхредкие семена гороха с этим поездом товарищ прислал. Горох какой-то сверхредкий.
Агроном промолчал.
- В пакете два десятка горошин, - сказал дед.
Агроном молчал.
- Двадцать пять километров сюда, двадцать пять обратно. Из-за двадцати горошин, - повторил дед, явно желая втянуть его в разговор.
Он все молчал.
Дед искоса на него поглядел, обиженно кашлянул и насупился.
- От самой Москвы всё удачи, а у цели возьмет да сорвется, - после паузы в задумчивости самому себе сказал дед.
Агроном и сейчас не откликнулся. Он до странности не проявил интереса к приезжим.
Они въехали в лес.
Дубы стояли в нем редко и высоко под широкими сводами крон. Толстым ковром лежали на земле прошлогодние ржавые листья, от рыжины рябило в глазах. Тонкие прутья подлеска, спрятанные от солнца кровлей дубов, едва начинали пушиться.
- Просторно в лесу, по-весеннему, - сказал дед.
- Гм! - неопределенно отозвался агроном.
Дед внимательно на него поглядел, слегка улыбнулся и продолжал:
- Славный лесок. Привольновский?
- Что? Гм… кажется.
- Понятно, - усмехнулся дед. - Не местный.
- Кто?
- Вы… Приезжий?
- Приезжий.
- Со студенческой скамьи?