Она прижала палец к его губам.
— В тот вечер я уже решила, что хочу вернуться к тебе, — прошептала Ева. — Просто у меня не было шанса.
От ее слов у него голова пошла кругом, и перехватило дыхание. Ева хотела вернуться.
— Значит, я прощен?
— Ты прощен.
Наклонившись, Хэл поцеловал Еву, и на этот раз ее губы были теплыми. Когда он отстранился, она вздохнула, и стало видно темные круги, очерчивающие ее покрасневшие глаза.
— Хэл, я так устала.
— Ты проделала долгий путь.
Рядом тут же материализовался Ходж с двумя чашками бузинного чая.
— Господин, я подумал, они вам понадобятся.
— Спасибо, Ходж, — Хэл передал одну чашку Еве. — Держи. Выпей. Чай улучшит твое самочувствие, а потом ты сможешь поспать.
От горячего сладкого чая у Хэла внутри разлилось тепло, и он заметил, что к лицу Евы начинает приливать цвет.
— Как вкусно, — пробормотала она.
— Конек Ходжа.
— Спасибо, — Ева улыбнулась эльфу.
К удивлению Хэла, домовой от смущения стал фиолетовым. Ходж оставил их наедине допивать чай и, в конце концов, у Евы отяжелели веки. Несмотря на вялые возражения, Хэл отнес ее в кровать на руках, хотя сам чуть не падал на пол от прилагаемых усилий. Ева уснула еще до того, как он накрыл ее одеялом.
Некоторое время Хэл смотрел на нее и на ее залитое лунным светом лицо. Происходящее казалось нереальным, но в то же время Ева будто бы никогда не уходила.
Выглянув за занавеску, Хэл осмотрел улицу. Ничего. Он ощутил бы присутствие членов Круга, даже попытайся они замаскироваться. И любой приблизившийся к дому активировал бы сигнал тревоги.
— Ходж, — тихо позвал Хэл с верхней ступени лестницы.
— Да, господин?
— Присмотри за всем сегодня вечером.
— Да, господин.