Водитель автомобиля, человек плотного сложения, в темноте, делавшей черты его лица почти неразличимыми, жевал жвачку.
У него была массивная спина, широкий затылок и отвислые, подрагивающие щеки.
Миновав Оперу, автомобиль двигался по бульвару Османи; человек в плаще выпрямился на сиденье.
— Все нормально, Толстяк, можно мчать вперед… За нами никого.
Водитель быстро посмотрел на своего спутника. Яркий свет от витрины большого магазина выхватил его широкую и тусклую физиономию, на которой торчал крохотный носик.
— Вещь у тебя? — спросил он.
— У меня.
— Было трудно?
— Не. Не очень.
— Ты кого-нибудь встретил?
— Нет.
— Этот тип был один?
— Нет.
Тот, кого человек в плаще назвал Толстяком, вздрогнул.
— Он был не один?
— Ну да.
— Значит, кто-то тебя засек?
— Нет.
— Не понимаю.
— Там, в конторе, в комнате неподалеку от входа сидели две женщины… Только я никогда шуму не поднимаю… Никто меня не видел и не знает…
— А тот тип? Он тебя видел?
— Я не дал ему такой возможности, улавливаешь? Мне пришлось его приласкать. Легонечко…