Веддус громко сглотнул.
— Ты уверен?
Сарда указал рукой в багровой перчатке на город.
Только вот города не было. Веников исчез.
Остался только огонь, пожар настолько огромный и неистовый, что он охватил небо, словно медленно растекающиеся чернила, окрашивая его в красный цвет. А в сердце этого пламени убивал клыком и когтем гигант в изумрудной чешуе.
Оживший жуткий миф.
Веддус едва смог произнести вслух его имя: «Дракон…»
— Я — сын кузнеца, — сказал Вулкан, глядя на пустыню, — а ты…
— Что? — спросил Чужеземец. — Что я такое?
Вулкан повернулся, чтобы рассмотреть стоявшего рядом воина.
— Ты не просто чужеземец.
На Ноктюрне дневная жара шла на спад, и племена выводили свои стада на пепельные равнины. А на высокой дюне две великие личности смотрели на мир огня.
Воин склонил Свою голову, признавая правду. Он поднял руку в перчатке к солнцу и посмотрел на отразившийся от металла свет. Это воин источал ложь, которая была призвана успокоить ноктюрнцев и их вождя.
— Я — не человек, Вулкан? — спросил Он. Лучи отражались не только от Его перчатки, но и от остального облаченного в доспех тела, так что Он сиял золотистым светом.
— Ты похож на короля, — ответил Вулкан, и впервые почувствовал себя неловко в грубом одеянии кузнеца.
— Я — не король, но разве король не является также человеком?
— Не для вассалов его королевства?
Воин улыбнулся, как учитель довольный своим учеником, и повернулся к Вулкану. Подхваченные порывом горячего ветра волосы Чужеземца напоминали шлейфы черного дыма. А сам Он в развевающемся коротком красном плаще выглядел, как государственный муж, собравшийся обратиться к своему народу.
— Я — Император.
— А, — пришла очередь Вулкана улыбаться, — больше, чем король. А твоя империя — звезды?
Император вслед за Вулканом обратил взор на красноватые небеса и помрачнел.
— Еще нет. В пустоте есть тьма. — Он снова взглянул на Вулкана холодными от грусти глазами. — Вот почему ты мне нужен.