Вот и допустили ошибку.
- Не понимаю, о чем это ты, - угрюмо сказала Мэри и опустила голову.
Чудом сохранившийся уголок земной природы утратил всю свою привлекательность. Милт больше не верил в реальность парка.
- Давай-ка вернемся домой. - Милт поднялся на ноги.
Белка провожала их до самого вертолета, затем увязалась за супружеской парой с двумя детьми. Мальчишки бросали орехи, и белка бегала кругами, собирая их.
- Очень убедительно, - сказал Милт. - Да, так оно и было на самом деле.
- Как жаль, что док Девинтер за миллионы миль отсюда. Он бы живо выбил дурь из твоей башки. - Голос Мэри непривычно резал слух.
- Не сомневаюсь, что это ему по силам.
Вернувшись из парка, Милт нашел марсианское растение увядшим. Сухие поникшие стебли и опавшие желтые листья однозначно указывали причину гибели - обезвоживание.
- Даже не пытайся выдумать убедительное объяснение, все ясно, как белый день, - буркнул Милт, глядя на мертвые стебли. - Ты отлично понимаешь, что это значит. В земном воздухе должно быть гораздо больше влаги, чем в марсианском, даже после реконструкции. А ваг засох. Подозреваю, что взрывы проксимианских ядерных бомб опустошили океаны, поэтому-то в воздухе и осталось так мало влаги. Скажешь, я не прав?
Мэри не ответила.
- Никак не возьму в толк, зачем вы продолжаете эту дурацкую игру. Ведь я же закончил свою работу!
Немного помолчав, Мэри спросила:
- По-твоему, на других планетах не понадобятся инженеры-реконструкторы?
- Сколько же новых миров вы захватили?
- Речь идет не о новых мирах, а о Земле. Здесь восстановительные работы затянутся на века, нам потребуется твой талант и опыт инженера-реконструктора. Конечно, я ничего не утверждаю - просто следую логике твоих рассуждении.
- Значит - Земля. Вот оно в чем дело, а я-то гадал, почему так легко вырвался... - Милта вдруг осенило. - Мне не разрешат вернуться на Марс... - Все встало на свои места. - И я никогда не увижу Фей, ты заменишь ее в моей жизни.
- Во всяком случае, попытаюсь. - Улыбаясь краешками губ, Мэри погладила его по плечу.
Смутившись, он отступил, взял со стола горшок с марсианским растением и кинул в утилизатор отходов.
- Давай-ка отправимся в Нью-Йорк, в Музей Современного Искусства, а затем, если останется время, посетим "Смитсоник" [имеется в виду Национальный музей при Смитсоновском институте; институт основан в 1844 году в городе Вашингтоне на средства английского ученого Дж.Смитсона; в состав Смитсоновского института, помимо Национального музея, также входят астрономическая обсерватория, Национальный зоологический парк, Национальная картинная галерея и др.], - предложила Мэри. - Мне велели развлекать тебя, чтобы не оставалось времени на ненужные размышления.
- Но я все равно буду размышлять, - пробормотал Милт, наблюдая, как она снимает купальник и переодевается в серое вязаное платье.
"Ничего уже не исправишь, - думал он. - С каждым инженером-реконструктором произойдет то же самое, как только он закончит свой участок. Я только первый в этой длинной веренице.
Первый, но не последний... И то ладно".
- Ну, и как я выгляжу? - спросила Мэри, подкрашивая перед зеркалом губы.
- Великолепно.
"Неужели Мэри будет встречать всех прибывающих инженеров и станет любовницей каждого из них? - пронеслось в голове у Милта. - Мало того, что Мэри не та, за кого себя выдает, она и в этом лживом обличье пробудет со мной недолго.
Землянка она или нет, в конечном счете, не так уж и важно. Главное, она живая.
Неужели я останусь один?"
Ему стало жаль себя, потеря вдруг показалась значительной. Он уже привык к Мэри, временами она ему даже нравилась.
"По крайней мере, мы проиграли войну не призракам, а живым существам из плоти и крови. Хоть это утешает".