Лошадка сделалась настоящим карусельным конём. Верхом на ней с весёлым писком мчались по кругу то пингвинята, то цыплята, то Катя с маленькой Матрёшечкой. Так бы они катались до самого вечера, но Подъёмный кран остановился и начал свою сказку.
- Когда я был большим и работал на свежем воздухе, - сказал он, и все засмеялись:
- А почему же ты стал маленьким?
- Пожалуйста, не перебивайте! - строго сказал Пингвин. - И не мешайте рассказывать сказку! Ведь это сказка, уважаемый Подъёмный кран?
- Конечно, сказка! - ответил Подъёмный кран. - А называется она так:
"НЕ СТОЙ ПОД ГРУЗОМ!"
- Ну вот. Когда я был большим и работал на свежем воздухе (а это так приятно - быть большим и работать на свежем воздухе), я строил высокий красивый дом.
А нужно вам сказать, что как только дом построен, или, проще говоря, как только объект можно сдать в эксплуатацию, всегда бывает праздник. Я-то об этом знал. Ведь на меня уже давно (на месте дома ещё была глубокая яма) надели плакат "Сдадим объект к празднику!".
И, конечно, со мной всё время был ещё один плакат, мой самый любимый…
- "Не стой под грузом!" - догадались игрушки.
- Приятно иметь дело с умным народом! - продолжал Подъёмный кран. - Вот именно. "Не стой под грузом!" Проще говоря, не мешай работать и не суйся туда, где опасно.
И вот наступил праздник. Я был весь в плакатах. На стреле разноцветные лампочки. Над головой флаг, как на корабле.
Я стоял и ждал, когда же вокруг меня соберутся люди, возьмутся за руки и запоют:
Будь здоров, Подъёмный кран,
Наш могучий великан!
Но люди почему-то шли мимо. Даже музыка с золотыми трубами не остановилась около меня. А ведь я построил такой красивый дом!
И вдруг я понял, в чём дело. Ведь на самом виду я держал свой любимый плакат "Не стой под грузом!". Люди видели его и, ничего не поделаешь, шли мимо.
Я остался один. На стройке было тихо и пусто. Дом сверкал умытыми стёклами. Его уже не строили, но в нём ещё не жили. Только под крышей носились две ласточки.
И тут я увидел, что ласточки не просто носятся - вира-майна, вверх-вниз, - а работают. Достраивают дом под той самой крышей, которую я недавно поставил. Таскают в клювах глину и травинки. Прилаживают их к своему гнезду и опять вниз - за глиной и травинками, проще говоря, за строительным материалом. При этом они успевали ещё и щебетать и ловить на лету всяких там комаров и мошек.
Но вот они перестали щебетать. Устали, наверное.
И я подумал: "Маленькие ласточки выбиваются из последних сил, а могучий Подъёмный кран стоит рядом и бездельничает. Разве это хорошо?"
Тогда я опустил стрелу, подцепил самую замечательную соломинку (я давно заметил её с высоты), осторожно понёс её под крышу и передал птицам, как говорится, из рук в руки, то есть из крюка в клюв.
Дом был готов, и у ласточек тоже наступил праздник. Но они не улетели.
Будь здоров, Подъёмный кран,
Наш могучий великан! -
щебетали они.
Внизу, у самых моих ног, кружились бабочки и пчёлы, у колен - воробьи, у пояса - голуби, а выше всех, под самой стрелой, вились ласточки. И нужно же было так случиться, что прямо за мой крюк зацепилась огромная связка разноцветных воздушных шаров.
"Не стой под грузом!" - кричал я, размахивая шарами.
"Мы не стоим! - отвечали пчёлы, бабочки и птицы. - Мы летаем!"
До чего ж всё-таки приятно быть большим и работать на свежем воздухе!
УДИВИТЕЛЬНЫЙ ДОМ
- Что должна делать дочка Подъёмного крана? Как, по-твоему? - спросил девочку Подъёмный кран.
- Строить! - обрадовалась Катя и захлопала в ладоши.
- Не угадала! - сказал Подъёмный кран. - Для этого у тебя есть папа. Ты должна жить в самом удивительном доме.
И Подъёмный кран приступил к делу:
Вира-майна! Майна-вира!
Стройся, Катина квартира!
Он быстро ставил кубик к кубику, кубик на кубик. И тут все увидели странную вещь: Подъёмный кран стоял прямо в доме, который строил. "Наверное, так надо, - думали игрушки. - Ведь он строит не простой дом, а такой, где сам будет жить".
Всем было интересно, в каких домах живут подъёмные краны. Там, конечно, будет огромная дверь, высотой с Подъёмный кран. Ведь в простую дверь великан не пройдёт даже по частям, в разобранном виде. Да и что за удовольствие каждый раз, идя домой или выходя из дому, просить, чтобы тебя разобрали на части, пронесли эти части в дверь, а потом опять собрали. И, конечно же, в новом доме будет крохотная дверца для Кати, чтобы девочка сама открывала её и закрывала.
Но Подъёмный кран строил совсем удивительный дом, без окон и без дверей. Дом уже дошёл ему до пояса, как вдруг кончились кубики.
- Техника простаивает! - кричал великан.
- Знаешь что? - сказала Ваньке-Встаньке Мартышка. - Эта башня и этот мостик стоят, наверное, уже тысячу лет. Надоело на них смотреть. Давай их сломаем! Алле-гоп! Вот и кубики!
Потом сломали ещё мостик, и ещё башню, а потом Ванька-Встанька вздохнул, разобрал свой гараж и повёз кубики на стройку.
- Кубики! Мозаику! - требовал Катин папа.
- Иго-го! - заржала Лошадка. - Берите конюшню! Для Кати ничего не жалко.
- И наш домик ломайте! - крикнули матрёшки.
- Дорогие дети! - учил Пингвин пингвинят. - Когда Ванька-Встанька приедет за нашими кубиками, не забудьте сказать ему "пожалуйста"!
Потом в стену запихнули Бобикову конуру и курятник.
- Ах, радость! Червяк нашёлся! - послышался голос Курицы. - Ах, беда! Курятник пропал! - И она упала без чувств.
Дом был почти готов. Из него торчала только макушка Подъёмного крана.
- Скорее! - командовал он. - Ставьте крышу!
Мартышка - алле-гоп! - перевернула вверх дном Мишкину корзинку, вытряхнула оттуда перину, одеяло, подушку, книжку, вскарабкалась на самый верх, нахлобучила корзинку на дом, посмотрела вниз на свёртки, узлы, кровати и восхитилась:
- Красота!
- Не нужно мне такого дома, - плакала Катя. - Ведь у Лошадки нет больше конюшни, у Бобика конуры…
- Ура! - перебила её Мартышка. - Я придумала. Мы все будем жить в этом доме! Мы превратим его в конюшню! В собачью конуру! Лезьте сюда!
Что такое? Из дома послышался плач:
- Ой-ой! Тут темно! Тут тесно! Хочу на свежий воздух!
- Подъёмный кран, не плачь! - строго сказал Ванька-Встанька. - А то заржавеешь.
Вдруг дом зашатался и со страшным грохотом рухнул. Мартышка чудом успела спрыгнуть вниз.
От грохота проснулась даже старая кукла Акулина Мирмидонтовна:
- Батюшки! Что-то стряслось. Неужто землетрясение?
- Нет, бабушка! - успокоили её игрушки. - Это мы играем в дочки-матери.
- Играйте, деточки, играйте! - И старая тряпичная кукла опять уснула на своём сундучке.
- Когда я был большим и работал на свежем воздухе, - вспоминал Подъёмный кран, глядя на груды обломков, валявшиеся кругом, - кажется, у меня в кабине кто-то сидел. Да-да, сидел и показывал, что надо делать.
Катя тут же залезла в кабину. Она показывала Подъёмному крану, что делать. Все весело принялись разбирать развалины и строить новый Игрушечный город.
- Вира! - кричала Катя Подъёмному крану, и тот с удовольствием её слушался. - Майна! Мишка, не стой под грузом! Вира!
СПОКОЙНОЙ НОЧИ!
Наступила ночь, а город ещё не совсем достроили. Только Курица с цыплятами спала в курятнике. Остальные игрушки бегали по улицам.
- Позвольте спросить, - сказал Пингвин, - долго ли так будет продолжаться? Подъёмный кран, будь любезен, уложи их спать.
- Не поймаешь! Не поймаешь! - кричали игрушки.
Но Подъёмный кран не обращал на них внимания. Он подцепил крюком большую кровать матрёшек и, не уронив ни одной подушки, поставил её рядом с коробкой. Лошадка проводила глазами свою попону, а Зайчик с ужасом увидел, как по воздуху плывёт подушка, зелёная в красный горошек. И вот все постели оказались рядом.
- Красота! - восхитилась Мартышка. - Будем спать на свежем воздухе!
Всем сразу захотелось спать. Лошадка укрылась попоной. На попоне тут же устроилась Мартышка.
- Эй, вы! Смотрите! - крикнула она. - Я сплю верхом!
Пингвин выключил свет и пожалел, что нет выключателя для шума.
- Когда спишь, - вслух размышлял Зайчик, - время так и мчится. А когда удираешь от кого-нибудь, оно ползёт, как улитка. Почему так?
- Ррразговорчики! - зарычал Бобик. - Ррразорву!
- Иго-го! - заржала Лошадка. - Знаете, кого я вижу во сне? Голубых лошадок!
- И я! - завопила Мартышка. - И я вижу во сне голубых лошадок!
- Чужие сны подсматриваешь, негодница! - ахнули матрёшки.