Кровь полилась изо рта и потекла по подбородку. Люси часто заморгала и начала задыхаться и кашлять, пытаясь подавить рвотные позывы и сделать вдох, пока ее легкие наполнялись кровью.
Анжела, все еще тяжело дыша от ярости, подошла ближе. Она могла проломить череп Люси дубиной и прекратить ее страдания, но Анжела не хотела этой психичке такого легкого конца. Скольким людям она делала больно? Сколько страданий она причинила? Сколько жертв она пытала до того, как ее брат убил их?
Анжела оставила цепляющуюся за жизнь женщину захлебываться собственной кровью и, шатаясь, пошла прочь. Адреналин ненадолго заглушил действие наркотиков, но теперь она снова впадала в оцепенение.
Попытавшись сделать очередной шаг, она завалилась на бок. Кровоточащие раны от укусов пульсировали болью так сильно, что даже в наркотическом тумане Анжела едва могла это вынести. Она царапала землю, зачерпывая горсти нерастаявшего снега, и дрожащими пальцами прижимала его к укусам на груди. Холодный снег колол кожу, но все же приглушал боль. Девушка приложила снег к болезненной ране на ребрах, не понимая, сломаны они или нет.
Лежа на постели из опавших листьев, она задыхалась и наблюдала за медленно угасающей Люси. Анжела чувствовала, как ускользает в беспамятство.
Анжела заставила себя подняться. Она не чувствовала пальцев ни на ногах, ни на руках, но ей нужно было убраться до его возвращения — убежать, спрятаться или придумать что-то еще. Если она хочет жить, то нужно пошевеливаться, а она отчаянно хотела выжить.
В свете луны она увидела, что Люси умерла. Кровь еще капала с ее подбородка, значит все закончилось совсем недавно.
Анжела огляделась. Она помнила это место и как пришла сюда из-за хребта; помнила, где лежало тело женщины. Анжела могла бы вернуться назад тем же путем, по которому пришла в тот день.
Она решила, что без одежды и в темноте не сможет уйти далеко. Самый быстрый способ выбраться отсюда или получить помощь — дорога, и девушка заставила себя пойти к трассе. Переставлять ноги было неимоверно трудно. Она так замерзла, что могла думать лишь о том, чтобы согреться. Пошатываясь, она брела вперед и вскоре увидела между деревьев блики лунного света на узкой дороге. В Анжеле затеплилась искорка надежды, и она пошла быстрее. Если Клэй Бейкер вернется и найдет ее, она покойница.
Не дойдя до самой дороги, Анжела остановилась в том месте, где большой «Линкольн» свернул в лес, и прислушалась, нет ли машин. Она не хотела выходить на хорошо проглядываемую трассу, потому что Бейкер мог приехать в любой момент. Девушка решила, что если не услышит машин, то пойдет вдоль кювета, а если увидит свет фар или услышит шум двигателя авто проповедника, то нырнет в лес и спрячется.
С другой стороны, если Клэй Бейкер не вернется и по дороге поедет кто-то другой, она упустит шанс попросить о помощи и оказаться в теплой машине. Это может стоить ей жизни.
Анжела совершенно вымоталась; ей хотелось просто лечь и отдохнуть, но она знала, что если сделает это, то уже не поднимется. Вместо этого она остановилась перевести дух, уперев руки в колени и свесив голову. Стоя и задыхаясь от страха, борьбы с холодом и воздействием наркотиков, Анжела увидела отблеск лунного света на чем-то гладком.
Нахмурившись, она уставилась на землю, пытаясь разглядеть предмет, и поняла, что у него прямые углы.
Анжела присела на корточки и подняла что-то с продавленной колесами лесной подстилки.
Это был телефон.
Дешевый телефон немного погнулся, а правый угол экрана треснул. Клэй Бейкер, должно быть, выронил его, когда возвращался к машине, а потом проехал по нему.
Анжела нажала кнопку. К ее огромному удивлению экран загорелся, телефон не был заблокирован, а зарядки оставалось больше половины.
Надежда окатила ее горячей волной возбуждения.
Она могла набрать «911» и вызвать помощь. Они приедут и спасут Анжелу.
Она нажала кнопку вызова — высветилось окно набора.
Анжела нажала «9», начиная набирать номер службы спасения, но ничего не произошло. Она попробовала нажать на другие цифры — они работали. По экрану тянулась огромная трещина, которая пересекала цифру «9» и не позволяла сенсору сработать.