Он был освещен совсем неярно – и оттого создавалось ощущение, что входишь в каменный, причудливо изрисованный грот. Рассеянный свет поигрывал на золоте высоких алтарных врат, скупо выхватывал богатства храма: розовый, белый, желтый, бордовый мрамор, малахит, лазурит. И смотрели лики с мозаичных полотен, и парил купол – тот самый, с Богородицей, с росписью Брюллова, и…
И прямо под куполом стояла она – неуместная среди пышного убранства, каменная, грубая и простая, знаки стихий выбиты на камне.
Арка.
Возле Арки с умными лицами застыли Игнатский и дамочка в скучном сером костюме и с высокой прической.
− Призывники, − сказала она, разворачиваясь в нашу сторону.
Макаренко, глава противоположного отдела, а кого еще можно было ожидать.
− Здрасте, − промямлила я. На меня тут же нацелились наукообразными прямоугольными очками, и я почувствовала себя проштрафившейся ученицей. Ходили, ходили слухи о родстве легендарной главы Темного отдела с не менее легендарным советским педагогом…
− Ты, значит, Ольга. Вода, ученик… − тут Макаренко повернулась к Игнатскому. – Даже не знаю насчет уровня.
С Веславом она не поздоровалась и вообще вела себя с тем оттенком неприязни, который я уже успела заметить у темных по отношению к нему. Потому вводила в курс дела вроде бы только меня.
– В целом положение таково: Арка проявилась здесь около часа назад. Пока что закрыта, но остальные призывники могут явиться с минуты на минуту. Мы вас оставим: в конечном счете, работать с ними будете вы, так что налаживайте знакомство. Наша задача на данный момент – обеспечить вам изоляцию от внешнего мира, то есть, от людей. А также вывести вас с призывниками из собора,если они прибудут днем.
− Если – что? – вмешалась я. – То есть, неизвестно, когда они появятся?
− СМСок из других миров мы не получали, − холодно проинформировала меня Макаренко. – Раз Арка здесь – значит, появятся. Сидите и ждите.
− Да, и если что – кричите, − обнадеживающе вставил Игнатский. – Мы… вроде как, неподалеку будем…
От какой-то колонны отделилась тень, подошла поближе и заговорила с запинками:
− С-со стороны ф-фасада – г-группа людей с ф-фотоаппаратами. Все в состоянии…
Макаренко досадливо махнула рукой.
− Начинается. Ладно, ждите, − и удалилась бок о бок с Игнатским, и говорили они негромко, но до меня все же долетела одна фраза: «Девочку жаль».
За мэтрами, пугливо оглядываясь, вприпрыжку пустилось похожее на тень создание.
− Это кто такая? – опознала я свою давешнюю знакомую из коридора Отдела.
− Это? А-а, личный секретарь Макаренко. Как ее… Зося… Зоя… Зина… неважно. Не смотри, что пугливая, везде пролезет. Черт, хоть бы стулья поставили!
Я огляделась и заметила, что стульев правда нет никаких. То есть, они должны были быть – в соборе, вообще-то, и гиды, и смотрители, и церковная лавка, и сувенирные точки… А вот почему-то не было: Макаренко, что ли, озаботилась?
Мы должны были коротать ночь на полу собора.