— Пппростите. Цепь… сслетела. Я нечаянно… Я ппросто… торопился.
Я взглянул на парня косо. Было непонятно, то ли он и правда заикается, то ли просто здорово перепугался.
— Ладно, гонщик хренов. Дуй за мной.
— Куда? — спросил он, и глаза его расширились.
Я не ответил, только молча сел в машину и плавно поехал к гаражу. Я ожидал, что парень тотчас сдриснет, но не тут-то было. Бедолага поднял свой искалеченный велосипед и покатил его за мной.
Горе-велосипедиста звали Ромкой. Он стоял в моем гараже напротив стеллажа с инструментами и почти не двигался. Держа в пальцах кусок ваты, смоченный в зеленке, я осторожными мазками обрабатывал ему рану на локте.
На одной из полок стеллажа лежала открытая аптечка, которую я достал из «фольца». В ящике стола в гараже нашелся флакон с зеленкой, который хранился здесь бог знает сколько времени среди разного хлама. Несмотря на пустяковое падение, мальчишка содрал локоть так, что кровь размазалась по всей кисти, и мне пришлось сначала промывать рану водой. Еще он, кажется, вывихнул руку — она распухла, покраснела. Видимо, он приземлился на нее.
Пока я орудовал зеленкой, Ромка то и дело морщил нос и вздрагивал.
— Да потерпи ты, — велел я ему и снова промокнул вату в зеленке. — В крайнем случае, всегда можно отрезать руку.
Пацан смерил меня мрачным взглядом, не сказав ни слова. После неудачного падения он вообще как будто разучился говорить. Или он просто меня боится?
Закончив мазать его локоть, я вынул из аптечки лейкопластырь и потянулся к стеллажу за ножницами.
— У вас руки ддрожат, — сказал наконец Ромка, все еще заикаясь.
Заметив кровь на вате, я слегка поежился и поскорее бросил ее в мусорку.
— Какой ты наблюдательный — хмыкнул я и усадил парня на стул, стоящий в углу. — Такая вот ирония судьбы. Часто пишу про кровь, а самого мутит, когда ее увижу. С детства так.
Ромка взглянул на меня косо, изогнув бровь.
— Я журналист. Убийства, криминал, аварии — мой профиль. И сегодня ты чудом не попал в мою сводку чрезвычайных происшествий.
Мальчик промолчал, не отводя от меня взгляд. Я ляпнул это только для того, чтобы слегка сбить напряжение с его лица, но у меня не получилось.
— И куда ты так летел? Шею хотел себе свернуть?
— Я рработал тут. Курьером. И сильно опаздывал.
Я посмотрел на Ромку с интересом. Ну и ну! Сколько ему? На вид не старше шестнадцати. Не припомню, чтобы я хотел работать в его годы. Хотя, возможно, он не от хорошей жизни так мотается.
— И что же такого ценного ты вез, что так боялся опоздать? — спросил я, отрезав кусок ленты лейкопластыря. — Оружие? Деньги? Наркотики?
— Суши и роллы, — ответил он смущенно. — Большой сет «филадельфия» — в сорок восьмую квартиру. Две маленькие «калифорнии» — в пятьдесят седьмую.