– Не бойтесь, – сухо произнес он. – Я постараюсь сделать все быстро и причинить вам как можно меньше неудобств.
Вот здесь я едва не расхохоталась нервным смехом. Неудобств, надо же! Вообще-то, я рассчитывала на приятные ощущения, а не на минимум этих самых неудобств.
– Я погашу свет, – предложил он. – В темноте вы будете меньше смущаться.
В спальне горел всего один ночник. Под стеклом бились и взмахивали огненными крыльями световые бабочки – очень красиво. И очень романтично. Я быстро схватила тонкий шифоновый розовый шарф (специально приготовила) и набросила его на светильник. Свет стал ещё более приглушенным и слегка розоватым.
– Анита? – неуверенно позвал Родвиг.
Видимо, мое поведение не совпало с его ожиданиями. Но мне уже надоело строить из себя испуганную девственницу. Доказательства моей невинности супруг получит очень скоро, но лежать бревном и думать о подарках я не намерена!
– Мы должны называть друг друга на «вы»? Мои родители обращаются на «ты».
И я похлопала для достоверности ресницами. Не уверена, что Максимиллиан разглядел мой маневр – все-таки в спальне теперь царил полумрак. Весьма интимный, надо сказать, полумрак. А разложенная постель притягивала взгляды.
После короткой заминки мой муж ответил:
– Хорошо, мы тоже можем перейти на «ты».
– А как мне звать тебя?
Кажется, он начал терять терпение, потому что переспросил раздраженно:
– В каком смысле – как?
– Ну, я ведь не могу обращаться к мужу «мейн Родвиг», верно? Макс?
Он вздохнул.
– Хорошо, пусть будет Макс. А теперь, Анита…
– Ани, – перебила его я. – Все близкие зовут меня Ани.
В конце концов, Ани звучит очень похоже на Аня. Пусть называет меня почти родным именем.
– Хорошо, Ани. Наверное, вам… то есть тебе лучше будет лечь.
Какой быстрый! Ну уж нет, так легко ты не отделаешься!
– А разве ты не поцелуешь меня?
Он дернул плечом, двумя широкими шагами преодолел расстояние между нами и быстро чмокнул меня в губы. Которые я тут же надула.