Девушки по очереди протянули мне прохладные ладошки, и я их осторожно пожал. Черт возьми, они все мне очень понравились! Петер отворил дверь комнаты, щелкнул выключателем. Лампа с абажуром на стене осветило комнату слегка желтоватым светом. Слева застеленная коричневым покрывалом кровать. Справа раковина умывальника, за ним перегородка со шторкой — душ. Посредине комнаты стол с двумя стульями. В дальнем конце окно, завешенное коричневой шторой. Стены оклеены светло-бежевыми обоями. В дальнем левом углу дверь.
— Там туалет. А шкаф для одежды — вон там за перегородкой душа.
Пищу готовить госпожа Эдна в комнатах не велит. Но у тебя на вечер есть сухой паек — голоден не будешь.
Петер обернулся к двери, в нее заглядывали шушукающиеся девушки.
— Дамы, завтра отметим новоселье нашего нового друга, а сегодня я обещал кому-то поход в кино?!
Девушки зашушукались, постреливая глазками. Дорис потупилась.
— Петер, милый, я пригласила девочек пойти с нами. Ты не возражаешь.
Надо полагать, Петер был весьма огорчен. Идти с одной девушкой в кино или с тремя — большая разница! Ни тебе поцелуев, ни тебе ласковых касаний к различным заманчивым округлостям! Но на лице бравого стража порядка отразилась искренняя радость.
— Что ты дорогая! Я счастлив!
Пожелав мне доброй ночи, Петер с подругами удалился.
Я запер дверь и, сбросив одежду на постель устремился в душ. Кроме куска пользованного мыла и старой мочалки я там ничего не нашел. Но главное — горячая вода была в достатке. Я тщательно вымылся, потом постирал рубашку и носки и вывесил сушиться на стул. В этом доме было тихо, как в домике дядьки Мариуса. Спать мне не хотелось. Надев брюки и надвинув на босу ногу туфли, я вышел из комнаты на галерею, в последний момент, накинув поверх майки свой пиджак. Перешагнув порог, я замер. Девушка, стоявшая у перил ко мне спиной быстро обернулась на скрип дверных петель. Она запахнула цветастый халатик, что был ей не ниже колен и прижалась спиной к перилам.
— Добрый вечер, я — Ивар, только что поселился здесь.
— Добрый вечер, я — Эрика!
Пее была копией прически тех трех милых девушек. Такие же пушистые светло-соломенные завитые крупными локонами пряди до плеч. Ростом она мне по плечо, но миниатюрная, стройная, узкобедрая по-мальчишески. Лицо овальное с едва выступающими скулами. Карие выразительные глаза, черные ресницы и шикарные, густые, черные брови. Вот что первым бросалось в глаза. Эрика опустила локоть правой руки на ладонь левой. Между средним и указательным пальцами правой руки дымилась сигарета. Блеснул перламутровый маникюр на овальных ноготках. Левая рука при этом натянула ткань халатика на груди.
— Так ты первый раз в городе?
— Да и даже не знаю его названия.
Глаза Эрики расширились, и она тихо рассмеялась.
— Ты шутишь?
— Я серьезен.
— Откуда ты, Ивар? Где никогда не слышали название нашего города?
— А все-таки — как он называется?
— Виндобона, как же еще!